«Боже, скорее бы приехал Женька, скорее бы утро!»
Тем временем из бокса вышел Валерка, наподдавший, видимо, сестре по первое число:
– Ну, завтра я еще с заведующей переговорю! Заразы, как не дети тут лежат, а бичи и алкоголики! Идем, я у Ларки ключ от платной палаты возьму. Ты ведь тут останешься?
– Конечно. Ты сходи, я на посту посижу.
Пока он бегал в приемник и обратно, Марина сидела в кресле на посту, боясь шевельнуться, чтобы не разбудить уснувшего на ее руках пацаненка. В кармане куртки зажужжал мобильник, Коваль вздрогнула, но потом поняла, что это приехал Женька.
– Да, Женя.
– Ты где? – спросил Хохол.
– Я в детском отделении. Женька, он так плакал… представь, лежит в мокрых ползунках и плачет, и никто не подходит…
– Сама только не плачь, – остановил Женька. – Выйти можешь?
– Пока нет, я сижу с ним в коридоре, Валерка пошел за ключами от отдельной палаты. Я здесь останусь, с мальчиком…
– А Валерка в приемном?
– Да.
– Сейчас я с ним приду, – и Женька отключился.
Они появились через десять минут.
Валерка открыл отдельную палату, отремонтированную, с хорошей мебелью, провел Марину внутрь, кивнул Хохлу, чтобы присоединялся, а потом, замкнув дверь, прислонился к ней спиной и посмотрел на обоих:
– А теперь, уважаемые, колитесь – что задумали? Чей это киндер?
– Мой, я же сказала, – укладывая ребенка в кроватку, откликнулась Марина.
– Марина Викторовна, дорогая, не лечи меня – не первый день знакомы. Ты еще на пятом курсе сделала себе одну хитрую и необратимую операцию, я ж тогда медбратом в гинекологии работал, запамятовала? Так я слушаю – чей ребенок?
Выбора не было.
Кулик сказал правду – об ее операции он знал, потому что действительно работал в отделении гинекологии и дежурил в тот день, когда Марина уговорила врачей помочь ей решить проблему с нежелательными беременностями. Так что не было смысла упираться и выдумывать что-то дальше. Коваль вздохнула:
– Валера, это ребенок моего мужа. Но теперь он остался круглым сиротой – мать разбилась насмерть, а ему повезло.
Я все сделаю, как положено, никто не узнает, но я тебя прошу – никому не проговорись. – Она пристально посмотрела в его глаза. – Валера, ты меня знаешь – если вдруг…
– Ой, опять за свое? – поморщился Кулик. – Я работаю на тебя, а ты все мне угрожаешь! Совет хочешь? Легализуй его как можно скорее, лучше прямо завтра с утра, вернее, сегодня уже – время-то к шести, – взглянув на часы, проговорил Валерка. – Скоро менты приедут, спецсообщение ушло уже.
