И, глядя на Карата, и его горящие в предвкушении глаза, я верила то, что и в этот раз победа будет за нами.
Всё началось слишком неожиданно, как бы я не готовилась!
За долю секунды на пустынной дороге вдруг показалась машина, окрашенная в защитный цвет, какая обычно бывает у военных.
Сначала одна.
Затем вторая, третья и четвертая!
Они окружили нас во всех сторон, пытаясь отрезать все пути.
- Оставайся в машине, - кинул Карат, выглядя скорее возбужденным и взбудораженным, чем сосредоточенным, лишь сейчас отпуская мою руку, когда я тут же отстегнула ремень безопасности, положив ладонь на ручку двери вслед за ним, рыкнув:
- Еще чего!
Он оглянулся, окинув меня восторженным и томным взглядом, не пытаясь остановить и убедить остаться, только чуть выгнул бровь:
- Не позволяй им подстрелить тебя дротиками.
Там снотворное. А может быть та же хрень, что подкосила Сапфира
- Поняла.
Тут же раздался звонок телефона, куда Карат ткнул, уже вылезая из машины, чтобы сказать по громкой связи только одно:
- Началось.
Кажется, Марс выругался.
Я не успела услышать точно, выскакивая из машины вслед за Каратом и застывая на долю секунды, чтобы собраться и вдохнуть полной грудью вибрирующий нервами воздух, который накалялся и начинался дрожать от вибраций, исходивших от людей.
Они знали нас. И они боялись. По-настоящему.
Даже если не позволили бы себе отступить ни на шаг назад, исполняя приказ.
И этот аромат паники и страха опьянял, превращая в истинного зверя, который уловил первую кровь и теперь ни за что не упустит своей добычи.
Моя медвежья кровь полыхала и требовала крови!
Карат не стал дожидаться первого шага от затравленных людей в машинах.
Ни первого выстрела, ни возможной попытки поговорить и понять что они хотят.
Он просто ринулся в бой, стоило только его ступням оказаться на лесной дороге.
И он был чертовски хорош!
Он словно был рожден для бесконечных войн!
Каждое его движение, каждый поворот сильного мощного тела неминуемо заканчивался чьей-то гибелью.
Каждый шаг вел его к кровавой страшной победе, где Карат не знал ни страха, ни сомнений, ни жалости к своему врагу.
Можно было бесконечно смотреть на то, как он разрывает людей и переворачивает машины, откуда никто не успевал выбраться в целости, но я хотела стать частью этого кровавого пиршества не меньше, тут же бросившись вперед на ошалелых мужчин, которые такого подвоха с моей стороны явно не ожидали, а потому были не готовы.
