- Я кое-что разузнал о том заведении, где вы видели мистера Робстона в последний раз, - начал Райли, понимая, как все напряжены в желании узнать, что именно он смог раскопать, - На первый взгляд обычное злачное заведение, каких в городе предостаточно, но было кое-что еще. Оно принадлежит одному типу, который замешан в продаже людьми для…- Райли опустил глаза, быстро посмотрев на маму Зои и крошку Мию, которая порхала у плиты, словно подбирал слова, чтобы никого не шокировать услышанным, - …некоторых специфических услуг.
- Против воли этих самых людей? – тихо и сконфуженно спросила Мишка, когда я поняла, что каждый из тех, кто был в том самом злачном заведении, вспомнил девушку, которую удалось спасти. Всего одну.
Вспомнила и я, отчего в моей крови тут же вспыхнул огонь ярости и злости.
Если бы в этот момент передо мной стоял человек, виновный в боли и беспомощности всех выкупленных и загубленных девушек, я бы убила его не задумываясь, и делая это самым долгим и изощренным способом, на который была только способна.
Чтобы оценил даже кровожадный Карат.
Райли кивнул на вопрос Мишки, приглушенно продолжив.
- На его крючке весьма специфичные клиенты. Но они богаты и способны платить большие деньги за то, чтобы им находили именно то, чего они хотят.
Если бы я была ближе, то сжала бы в своей руке пальцы девушки, которая побледнела и тяжело сглотнула, выглядя теперь потерянной и шокированной.
К счастью рядом с ней был Сапфир, который крепко обнял, прижимая к своей груди, а затем и вовсе усадил на колени, словно пытался защитить ее даже от ранящих душу слов и мыслей, что шли следом."
"- …ты думаешь, что мистер Робстон тоже?...- выдохнула Мишка еще тише, не в силах даже окончить предложение, от которого горечь поднималась в горле все выше и выше.
Райли снова кивнул, бросив извиняющийся взгляд на девушку.
- Это всего лишь подозрения, и пока никто ничего не знает точно, - отозвался Нефрит, который стоял у дверей, сложив руки на груди, и заменяя своего хитрого всезнающего отца в том, как смотрел сейчас, улавливая каждое слово и каждую эмоцию.
Странно, что даже папа не встревал и не пытался ничего уточнить, хотя я подозревала, что он не совсем понимает, о чем идет речь. Просто пил свой холодный чай и наблюдал за всеми, не торопясь вмешиваться.
