Третий момент был наиболее важным: никогда, ни при каких обстоятельствах такое преступление не стало бы возможным без стукача, то есть человека, знавшего день получения кредита и его цель, а также имевшего возможность лично бывать в офисе директора телеканала.
После напряженных раздумий сыщик остановил свое внимание на двух кандидатурах – секретарше и любовнице Каца Веронике, с которой Миша расслаблялся в то время, как в его кабинете уже орудовал медвежатник, и охраннике Степане Баскакове, находившемся в офисе телекомпании в момент совершения преступления.
Не исключалась и возможность того, что Степан и Вероника действовали в сговоре. Девушка завлекает Каца провести с ней романтически-развратный вечер, а охранник без всяких проблем открывает дверь грабителю, после чего получает свою порцию усыпляющего для того, чтобы во время милицейского расследования иметь почти железное алиби. И даже если кто-то из следователей усомнится в честности сотрудника охранной фирмы «Мекон», работающей под патронажем МВД, то доказать что-либо и предъявить Баскакову обвинение в соучастии просто невозможно.
Невозможно, если действовать по закону. Но рамки закона Ворона уже давно не стесняли…
Три дня Ворон неотступно следил за Баскаковым, в то время как Иван, находившийся «на больничном», по пятам следовал за Вероникой, которая и после смерти своего любовника продолжала работать секретаршей, теперь уже у Артема Ринге. За все это время Степан и Вероника ни разу не встретились, да и само поведение и круг общения этих двух людей ставили под сомнение версию о возможном сговоре.
Слишком разными они были – веселая, сексапильная, всегда жаждущая восхищения, денег и шумных, богатых компаний Вероника и скрытный, ни с кем не общающийся, вечно хмурый охранник, все свободное время проводивший либо дома, в своей однокомнатной квартире, либо в казино. То, что охранник с зарплатой чуть более четырехсот долларов в месяц дважды за три дня по нескольку часов подряд проводил в казино, не могло не заставить Ворона попристальнее присмотреться к этому человеку.
На следующий день он зашел в стеклянные двери игорного дома «Три карты» следом за Степаном и сел с ним за один стол для игры в «блэк-джек». Проиграв двести долларов и в течение сорока пяти минут наблюдая за дрожавшим от азарта, но тщательно скрывавшим свое волнение охранником, сыщик уже не сомневался, что перед ним человек, помешанный на игре.
