Караван

Чего я, в конце концов, боюсь? Каких-то слов? Какого-то уродливого человека с низкой душой? И это после того, как я сражался против стаи костяных собак, сжег руку до кости и выжил после нападения речного дракона.

Я выпрямился, едва не задев подбородок бровастого, ударил его в грудь рукой с зажатыми обломками и сказал:

— Я в третий раз прошу прощения, но больше повторять не стану. Копье брал Шрам, и условия можешь ставить ему. Со своей стороны я готов дать пятьдесят монет. Либо ты их берешь, либо нет. Твое решение?

Он еще немного постоял, нахмурившись, но одна его бровь вдруг дернулась и поползла в сторону, затем, опомнившись, двинулась и вторая, и охранник расхохотался:

Остальные охранники, во время нашего диалога сидевшие молча, тоже расслабились, одобрительно загудели, бровастый ловко их потеснил, усадил меня рядом, всунул миску с кашей и хлопнул по плечу:

— Эх, Зеленый, такой молодой, а уже столько наглости! Меня Ю Киу зовут.

За копье в столице рассчитаемся, сорока монет хватит.

Спустя несколько минут я уже перезнакомился со всеми в круге, улыбался, кивал на шуточки, ел кашу и удивлялся, с чего бы такое радушие.

Впрочем, раньше я всегда избегал компании, ел в стороне от всех и не знал, как начать разговор. Оказалось, для этого достаточно сломать чужое копье.

— А ты временно в караван или как? — через какое-то время спросил Ю Киу.

— Я в столицу в университет еду, в караван пошел, только чтобы добраться до Киньян.

Ю Киу снова расхохотался, громко, с упоением хлопая себя по колену:

— Слыхали? В университет!!! А в какой?

— Не знаю.

Приеду — выберу.

— Выберет! — продолжал смеяться бровастый. — Просто приедешь, посмотришь, ткнешь пальцем и выберешь? Так?

— Нет, еще нужно будет пройти испытания для поступления, но мой учитель сказал, что я справлюсь.

Ю Киу собрал брови в единое целое и приподнял их так, что казалось, у него посередине лба вырос куст:

— Эх, Зеленый… Знаешь, сколько таких мальчиков, парней и мужчин приезжает в столицу каждый год? И все думают, что они самые сильные, самые умные и самые талантливые.

Может, в своих глухих деревушках они и правда были на первом месте, но столица — это, брат, совершенно другое дело. Я ж вижу, ты хороший парень, правильный. Думаю, в Киньян Добряк предложит тебе пойти к нему.

— Нет. Он уже пару раз устраивал мне нагоняи, — тут я вспомнил об амулете, что он мне дал, и нащупал его за пазухой. — Вряд ли он захочет взять меня на работу.

— Захочет. Если живым доедешь, точно захочет.