Караван

Байсо радостно пихнул меня в плечо:

— Кажется, мне серьезно влетит.

— И что? Отец меня почти каждый день за что-нибудь ругал. Раз в неделю порол. И ничего, — Байсо вел себя, как обычно, весело и легкомысленно, словно и не было недавних страхов.

— А меня никогда не ругали. Мама ни разу голос на меня не повысила, слова грубого не сказала. И я правда виноват! Ушел из лагеря, не сказав Добряку. А ведь он — глава охраны, и я должен перед ним отчитываться.

— Но ты ведь ушел в свободное от дежурств время!

— И ты думаешь, я ему об этом скажу? — я запаниковал, совсем как Байсо в лесу.

Вздохнув, я медленно побрел в лагерь, где уже потихоньку собирались охранники.

Недоумевающие охранники выстроились в неровный ряд, обсуждая, почему их подняли посреди ночи во время законного отдыха. Шрам негромко ругался и потирал ногу, которую до сих пор дергало после яда древолазов, Летящий сонно щурил глаза и улыбался, братишка Ксу озадаченно выспрашивал у него, в чем дело, Швабра, как обычно, выглядел свежо и невозмутимо.

Добряк встал перед нашей толпой и негромко сказал:

— В деревне случилась беда — пропала одна из девушек. Если кто-то из вас видел ее, разговаривал после проведения праздника или участвовал в ее сокрытии, прошу сказать прямо сейчас.

— А что за девушка-то? Я перекинулся вечерком парой слов с местными красавицами, — развязно сказал малознакомый мне охранник по прозвищу Баоцзы, его волосы были собраны на макушке в узел, совсем как тесто у пельмешек баоцзы.

— Ее зовут Юэ Сюэ, одета в желтую юбку и светлую кофту, была избрана по ритуалу от семьи Юэ, — безэмоционально ответил Добряк.

— А, это которая девственница? — усмехнулся Баоцзы. Лицо отца Юэ потемнело от гнева и стыда, но он промолчал. — Так это вам лучше у Зеленого спросить, она же к нему в рабыни напрашивалась.

Добряк проигнорировал его слова и снова спросил:

— Кто-нибудь видел ее после ритуала? Вопрос очень важный.

Слегка запыхавшись, подошел Джин Фу, провел глазами по охранникам, задержав взгляд на мне, затем провел рукой по голове и сказал:

— Мы не будем допрашивать каждого по отдельности. Но если я узнаю, что кто-то из вас замешан в пропаже девушки, этот человек больше никогда не сможет найти работу в столице, невзирая на былые заслуги.

Мужчины молчали, после такой угрозы шутить уже не хотелось.