Позвольте мне спрятаться в задней комнате, а им скажите, что вы никого не видели. Согласны ли вы на это?
— Что такое вы сделали? — спросила она, с усилием подавив слабость и вставая с кресла.
— Ничего, — ответил он, переводя дух, причем у него вырвался стон. — Причина — мое ремесло. Вот и все.
— Почему полиция преследует вас? Почему вы в таком ужасном виде?
При этих словах Кэшель занервничал. В крышку стоявшего на столе ящика с письменными принадлежностями было вделано зеркало.
Он наклонился и с тревогой взглянул на себя, но, увидев отражение своего лица, тотчас успокоился.
— У меня все в порядке, — произнес он. — Никакого знака не останется. Эта мышь, — он весело указал на опухоль под глазом, — завтра же исчезнет. Собственно говоря, я в довольно приличном виде. Уф! Только мое сердце вздулось, как у быка, после этого бега.
— Вы просите меня скрыть вас, — сурово произнесла Лидия, — но что вы сделали? Вы убили кого-нибудь?
— Нет, — воскликнул Кэшель, — пытаясь от удивления широко раскрыть глаза, причем смог раскрыть только один глаз, так как другой совершенно ему не повиновался.
— Я сказал уже вам, что вступил при публике в кулачный бой с одним негодяем, а это преследуется законом. Спрячьте меня, если не хотите увидеть меня в тюрьме! Черт бы его побрал! — с внезапным гневом воскликнул он, возвращаясь к ее вопросу. — Убил!.. Его не убьешь и паровым молотом. С равным успехом можно колотить по мешку с гвоздями.
И все мои деньги, время, тренировка, работа целого дня — все пропало даром!
— Идите, — произнесла Лидия с невольным отвращением. — Идите, я не хочу знать, какой дорогой вы пойдете. Как осмелились вы прийти ко мне?
Черно-синие пятна на лице Кэшеля побелели, и он опять начал тяжело дышать.
— Хорошо, — произнес он, — я уйду. Только на вашей конюшне не найдется ни одного конюха, который поступил бы со мной так, как вы.
Произнося эти слова, он открыл было дверь, но сейчас же невольно притворил ее опять.
Лидия взглянула в окно и увидела толпу полисменов и других лиц, спешивших сюда по вязовой аллее. Кэшель бросил вокруг себя растерянный, полный отчаяния взгляд загнанного зверя. Лидия не смогла вынести этого взгляда.
— Скорее! — воскликнула она, открывая одну из внутренних дверей. — Идите туда и сидите спокойно. — Кэшель с мрачным видом колебался. Лидия гневно топнула ногой.
