Как говорится: на войне – как на войне…
«Кошка» гордо проследовала мимо немецких сторожевых судов, которые всё это время – пребывания Ника и компании в порту Бергена – старательно делали вид, что в упор не замечают странной яхты.
Мало того, серый немецкий эсминец сопровождал-охранял «Кошку» почти до самого Выборга.
Большая политика – вещь странная, непонятная и недоступная для понимания простого обывателя…
Яхта пристала к молу ленинградского яхт-клуба.
На набережной их уже ждали три «чёрных воронка», у сходней стоял Бессонов в своём знаменитом кожаном плаще, в сопровождении трёх таких же кожаных личностей.
– Здравствуйте, капитан Иванов, – хмуро поздоровался Бессонов, не протягивая Нику руки. – Поздравляю с успешным выполнением задания. Садитесь во второй автомобиль, на заднее сиденье."
"– Здравствуйте, Иван Георгиевич, – откликнулся Ник. – Мы же сейчас поедем на Крестовский остров, к нашим?
– Отставить разговоры! Садитесь в автомобиль, капитан! – грубо прикрикнул всегда обычно вежливый Бессонов.
Ну, что же, начинались вполне ожидаемые сюрпризы…
В «воронке» его крепко стиснули с двух сторон крепкие подчинённые Бессонова.
– Без глупостей, капитан. Если что – будем стрелять на поражение, – злым шёпотом предупредил один из них.
Через три часа они приехали на станцию Мга, к запасному пути, на котором стоял свежевыкрашенный пассажирский вагон с зарешёченными окнами.
В сопровождении двух своих телохранителей, вежливо поддерживающих его под локти, Ник выбрался из машины.
– Я не прощаюсь с вами, капитан Иванов, – негромко сказал Бессонов. – Может быть, ещё увидимся, может, ещё поработаем вместе…. Проходите в вагон!
Поздним вечером следующего дня поезд, наконец-таки, остановился.
Вагон Ника, судя по всему, последний в составе, тут же отцепили и быстро оттащили куда-то…
Всю дорогу Ник не перебросился со своими охранниками и парой слов, занавески на окнах были плотно-плотно зашторены, но, не смотря на это, он точно знал, что его привезли в Москву.
Куда же ещё?
В вагоне просидели ещё несколько часов, видимо, дожидались полной темноты. Потом на руки Ника надели наручники, на глаза – плотную повязку, вывели из вагона, посадили на заднее сиденье автомобиля, стиснули по бокам, повезли…
Просторная комната, белый сводчатый потолок, люстра на три рожка, письменный стол, плотно заваленный различными документами, стеллажи с книгами и толстыми картонными папками.
