Карибская тайна. Немезида

Старый осел что-то болтает о какой-то истории, услышанной им от кого-то еще и касающейся убийства, происшедшего по меньшей мере год или два назад! Неужели это обеспокоило бы убийцу? Ведь никаких доказательств нет — только какая-то сплетня, услышанная неизвестно от кого. Он даже может сказать: «Ха-ха! Я и в самом деле похож на этого парня». Никто не принял бы всерьез утверждений старого Пэлгрейва. Не возражайте мне, потому что я все равно вам не поверю. Нет, этому парню (если только это действительно парень) нечего было бояться.

Зачем же ему убивать Пэлгрейва? В этом же не было никакой нужды — вы должны это понять.

— Я понимаю, — вздохнула мисс Марпл, — и все-таки не могу с вами согласиться. Это-то меня и волнует, причем так волнует, что прошлую ночь я просто не могла сомкнуть глаз.

Мистер Рэфьел уставился на нее.

— Ну, послушаем, что у вас на уме, — спокойно сказал он.

— Возможно, я не права, — неуверенно промолвила мисс Марпл.

— Весьма возможно, — откликнулся мистер Рэфьел с присущим ему отсутствием такта, — но, во всяком случае, послушаем, о чем вы размышляли среди ночи.

— Здесь мог быть очень сильный мотив, если…

— Если — что?

— Если вскоре планировалось еще одно убийство.

Мистер Рэфьел попытался подтянуться в своем кресле.

— Объяснитесь, — потребовал он.

— Я всегда так плохо объясняю. — Мисс Марпл говорила быстро и несколько бессвязно. На ее щеках появился румянец. — Предположим, было запланировано убийство. Если вы помните, история, которую рассказал мне майор Пэлгрейв, была связана с человеком, чья жена умерла при подозрительных обстоятельствах.

Затем, через некоторое время, произошло еще одно убийство при таких же самых обстоятельствах. Хотя этот человек носил тогда другое имя, врач, рассказывавший об этом майору, узнал его. Следовательно, все указывает на то, что у этого субъекта преступления подобного стиля стали привычкой.

— Вы имеете в виду Смита и «жен в ванне»?

— Я слышала, читала, да и по собственному опыту знаю, что если человеку, совершившему преступление, удается выйти сухим из воды, то это, увы, поощряет его к дальнейшим злодеяниям.

Он не сомневается в своем уме. И в конце концов, как у упомянутого вами Смита, топившего своих жен в ванне, это становится привычкой. Каждый раз убийство происходит в другом месте, и каждый раз убийца меняет имя. Но сами преступления очень похожи. Конечно, может быть, я не права…

— Но вы думаете, что вы правы, верно? — вставил мистер Рэфьел.