Карл Мёрк и отдел «Q». Книги 1-7

— Пропало что–нибудь?

Этого слова Карл не слышал уже много лет.

— Какой работой они занимались? Дело было поздним вечером? Может, они подхалтуривали?

Криминалисты обменялись взглядами. Очевидно, они сами ломали над этим голову.

— На полу остались сотни разных следов. Похоже, там никогда не делали уборки, — вмешался в разговор Йоргенсен.

Ему явно пришлось нелегко.

— А теперь, Карл, приглядись вот к этому внимательно, — продолжил он, приподнимая покрывало на столе. — И не говори ничего, пока не сможешь ответить с полной уверенностью.

Под покрывалом обнаружились четыре рубашки в крупную красную клетку. Они лежали на столе, словно четыре лесоруба, отправившиеся на вырубку.

— Есть ли здесь похожая на ту, что ты видел на месте преступления на Амагере?

Это было самое странное опознание, в каком Карлу приходилось участвовать. Нужно было ответить на вопрос: какая рубашка это сделала? Звучит прямо как розыгрыш. Он никогда не был специалистом по рубашкам. И своих–то не помнил.

— Карл, я понимаю, что это трудно, когда прошло столько времени, — устало произнес Йоргенсен.

— Да с чего вы, черт побери, взяли, что убийца будет ходить в той же рубашке спустя несколько месяцев? Небось и сами в своем деревенском захолустье иногда все же меняете одежонку.

— Мы все проверяем. — Йоргенсен не обратил внимания на его тон.

— И откуда у вас такая уверенность, будто свидетель, видевший предполагаемого убийцу издалека да к тому же ночью, сумел с такой точностью запомнить рубашку преступника, что его показания окажут серьезную помощь следствию? Да эти проклятые рубашки похожи одна на другую, как четыре капли воды! Они, конечно, отличаются, но есть же наверняка тысячи других похожих.

— Человек, который их видел, работает в магазине одежды. Мы доверяем ему. Он очень точно нарисовал нам эту рубашку.

— А того, кто был в нее одет, он не нарисовал? Так было бы лучше.

— И его тоже, причем довольно неплохо, но все–таки хуже, чем рубашку.

Карл взглянул на рисованный портрет, который положили перед ним поверх рубашек. Человек как человек. Если не знать, кто тут изображен, можно принять его за продавца копировальных аппаратов из Слагельсе: круглые очки, аккуратно выбритое лицо, простодушный взгляд и какие–то мальчишеские губы.

— Не узнаю. А рост какой, по словам свидетеля?

— Метр восемьдесят пять, не меньше.