Карл Мёрк и отдел «Q». Книги 1-7

До пенсии еще двадцать лет», — сказал он себе мысленно и для начала сложил несколько пасьянсов «Паук»: когда сойдется, он и начнет просматривать первую стопку.

На двадцать каком–то пасьянсе зазвонил мобильник. Взглянув на дисплей, Карл увидел незнакомый номер: какой–то там на тридцать пять — сорок пять, копенгагенский.

— Слушаю, — сказал он, ожидая, что в ответ раздастся взволнованный голос Вигги. У той всегда находилась какая–нибудь добрая душа, которая давала свой телефон попользоваться. «Мама, да купи ты себе наконец мобильник! — возмущался Йеспер.

Но и голос, раздавшийся в трубке, оказался совершенно незнакомым.

— Здравствуйте! С вами говорит Бирта Мартинсен из клиники спинномозговых повреждений. Сегодня утром Харди Хеннингсен попытался втянуть себе в легкие стакан воды. С ним все в порядке, но он очень подавлен и спрашивал про вас. Не смогли бы вы сюда подъехать? Мне кажется, это бы ему помогло.

Им с Харди позволили остаться наедине, хотя женщина–психолог, очевидно, очень хотела послушать их разговор.

— Что, старина? Надоело все это? — сказал Карл и взял больного за руку.

Рука не была полностью неподвижна, Карл и раньше это замечал. Сейчас последние фаланги среднего и указательного пальцев немного согнулись, словно Харди хотел притянуть его ближе к себе.

— Что ты хочешь? — сказал Карл, склонившись над лежащим.

— Карл, убей меня! — прошептал Харди.

Карл выпрямился и посмотрел ему в глаза. У долговязого Харди глаза были небесно–голубые; сейчас их наполняло страдание, сомнение и горячая мольба.

— К черту! — прошептал Карл. — Я этого не буду делать. Ты встанешь. Встанешь и будешь ходить. У тебя же есть сын. Ему надо, чтобы ты вернулся домой. Ты понимаешь?

— Ему двадцать лет, он справится без меня, — прошептал Харди.

Он был в полном сознании, с ясной головой, и свою просьбу высказал всерьез.

— Не могу. Терпи, ты поправишься.

— У меня паралич, и это не лечится. Сегодня вынесли приговор.

— Как я понимаю, Харди Хеннингсен просил вас помочь ему уйти из жизни, — сказала женщина–психолог, надеясь вызвать Карла на откровенность.

В ее уверенном взгляде читалось, что ей не требуется ответа. Она не сомневалась в своей правоте, поскольку с такими вещами сталкивалась не впервые.

— Тут совсем другое.

— Не могли бы вы тогда поделиться со мной тем, что он сказал?

— Да я бы с удовольствием. — Карл поджал губы и устремил взгляд на Хавневей.