— Сейчас они у Юлле-Сказколюба, — сообщил он, — ха-ха, тогда мы успеем кое-что сообразить!
Он снял с Мамульки ремешок и заботливо уложил ее в кровать Малыша.
— Хейсан-хоппсан, Мамулька! Наконец-то ты сможешь поспать, — сказал он и хорошенько укрыл ее одеялом, как укрывают на ночь детей.
Потом он сделал знак Малышу:
— Погляди-ка, разве она не симпатяга? — спросил он и посветил на нее фонариком.
Малыш вздрогнул. Она лежала, тараща на потолок страшенные черные глаза, оскалив зубы в кошмарной улыбке. Да, эта Мамулька могла испугать кого угодно.
Но Карлссон с довольным видом ласково похлопал ее и натянул одеяло с пододеяльником ей на голову. Потом он взял покрывало, которое фрёкен Бокк свернула и положила на стул, когда приходила сюда пожелать Малышу спокойной ночи, и заботливо постелил его на кровать. «Это чтобы Мамулька не замерзла», — подумал, хихикая, Малыш. Теперь видно было лишь то, что на кровати лежал кто-то кругленький и толстенький.
— Хейсан-хоппсан, Малыш! — воскликнул Карлссон. — Теперь и тебе пора соснуть.
— Ты что! — испугался Малыш. — Я ни за что не лягу рядом с Мамулькой, не могу же я спать на этой кровати, когда Мамулька…
— Да нет, под кроватью.
И он быстро, как ежик, залез под кровать.
— Сейчас ты услышишь настоящий шпионский храп, — заявил Карлссон.
— А что, шпионы храпят как-то особенно? — удивился Малыш.
— Да, они храпят так вероломно и опасно, что спятить можно. Вот так: Е-е-е-е-е-е-х!
Шпионский храп гудел то громче, то тише и переходил в ворчание.
Эти звуки в самом деле казались зловещими, наводящими ужас.
Кроме того, храпел Карлссон довольно громко, и Малыш испуганно сказал:
— Тише! Ведь Филле и Рулле могут прийти сюда!
— Понятно, для того и нужен шпионский храп, — ответил Карлссон.
И в этот самый момент Малыш услыхал, как кто-то поворачивает дверную ручку. Потом приоткрылась маленькая щель, в комнату сначала проник луч света, а потом вошли на цыпочках Филле и Рулле.
Карлссон храпел грозно и коварно, а Малыш в отчаянии зажмурил глаза.
Хотя делать это было и ни к чему. Его и так не было видно.
Покрывало свисало с кровати до самого пола и надежно прятало и его, и Карлссона от назойливого света фонарика и пронзительных глаз воров. Карлссон сумел и об этом позаботиться.
— Ее-е-е-е-е-х, — храпел Карлссон.
— Наконец-то мы нашли его, — тихонько сказал Филле. — Дети так не храпят, это точно. Погляди, что за толстый куль там лежит, это наверняка он и есть.
— Ее-е-е-е-е-х! — раздался злой храп.
