Карма. Том 1

 – Эдуард поставил локти на стол и сложил пальцы кончиками, что выглядело бы куда солиднее, если бы они совпали сразу, а не после долгой подгонки. Когда пазл наконец сошелся, замначальника укрылся за ним, как за хлипким бруствером, и изрек пафосную, явно заранее подготовленную фразу: – Видите ли, в жизни каждого мужчины случаются моменты, когда ему хочется… радикально ее изменить!

Эдуард многозначительно посмотрел на Кая.

Киборг не смог ему возразить, но и поддакивать подозрительному незнакомцу не пожелал.

– А почему только у мужчины? – изумилась Лиза.

– Вот! Значит, вы меня понимаете!

– Нет, – дуэтом возразили друзья.

– Но мы по-прежнему внимательно вас слушаем! – добавила Лиза напористо-оптимистичным тоном средневекового дознавателя, поклацавшего клещами с длинными ручками и убедившегося, что детектор правды хорошо прогрелся и готов к работе. – Скажите честно: мой отец сейчас на станции?

Рот Эдуарда страдальчески искривился.

– Нет, – вынужденно признался замначальника. – Но…

– И когда я вам звонила, его тут уже не было?

– Ну… – Эдуард потянулся к упаковке бумажных салфеток и стал тщательно промакивать лоб, оттягивая неизбежное, но Лиза уже получила ответ на этот вопрос и перешла к следующему:

– Он был на «Першероне», когда на него напали пираты?

Взгляд у замначальника стал совсем затравленный.

– Послушайте, вы все не так…

Эдуард снова принялся колдовать с пальцами, но быстро отчаялся и просто их переплел.

– Ирвин Робертсон покинул Сокко за неделю до упомянутого… инцидента, сразу по истечении своего контракта.

– Ваш шеф его даже не вспомнила, – проворчал Кай, но уличить человека в откровенной лжи опять-таки не смог. Искренность в пределах сорока девяти – шестидесяти трех процентов, что может означать как полуправду, так и банальное волнение, в том числе по иному поводу.

– Она же не киборг, чтобы держать в голове всю базу данных! – с нервным смешком и взглядом возразил (двадцать один процент) Эдуард.

– Тогда почему вы с папой врали мне, что он до сих пор тут работает?! – Лиза, не сдержавшись, вскочила и всем Федей нависла над столом и злосчастным Эдуардом, попытавшимся на манер амебоида стечь по креслу на пол.

Кай тоже привстал, пока не решив, будет ли он оттаскивать подругу или помогать ей добивать жертву.

Загнанный в угол, Эдуард внезапно намертво в нем окопался.