Карма. Том 1

Хэл с Натаном не смогли поднять руку на ангельское создание с огромными, преисполненными надежды и мольбы глазищами (до девятого класса Лиза мечтала поступить в театральный институт), а Иветта незаметно исчезла с поля битвы в самом ее начале.

– Ладно, – наконец выплюнул Хэл. – Мы отвезем вас на Сокко, как договорились, но больше никакой помощи, ясно?! Сама пойдешь разбираться со своим папашей – или своими пиратами!

– Конечно! – так лучезарно улыбнулась Лиза, словно парень пообещал ей руку, сердце и мороженое в придачу.

– Ничего мы не боимся, просто с ЭТИМ связываться неохота!

Доберман снова зарычал, и Хэл ушел не бояться в рубку.

Зловещая атмосфера перемирия сохранялась на корабле весь день. Натан занимался отладкой новой навигационной панели, которая, увы, была далеко не нова, зато досталась Команде по бросовой цене. Девушки сидели по своим каютам, собираясь в кокпите только на время еды, которая протекала с церемонностью трапез высшего света: «Не будете ли вы так любезны передать мне кусок батона?» – «Извольте, сударь!» – а прочие словеса – вопиющее нарушение этикета.

Кай не вышел ни к обеду, ни к ужину, а когда Лиза, не выдержав, сама заглянула к другу в каюту, то с возмущением обнаружила его сидящим на полу в окружении вирт-окон, пустых банок и пакетиков. Последний, еще наполовину полный, киборг держал в руках, методично тягая оттуда соленые крекеры.

– Ты сама отдала мне пакет, – буркнул он, не оборачиваясь.

– Ну, знаешь ли! – Отбирать крекеры Лиза не стала, но села рядом, сунула руку в пакетик и ухватила сколько смогла. – Может, объяснишь наконец, что за амебоид между вами прополз?

– А ЭТИ не объяснили? – настороженно поинтересовался Кай.

Вслух никакого компромата не прозвучало, он бы услышал, но есть ведь еще текстовые сообщения… Если, конечно, эти дебилы умеют читать и писать!

– Нет, они такие же ослы упрямые, как ты!

Кай облегченно фыркнул.

– Они трусы, подлецы и обманщики. Им нельзя доверять.

– Они тоже так думают.

– Ага – про тебя! Так что насчет подробностей?

– Ничего. – Кай еще пристальнее уставился в вирт-окно, на пестрые многоуровневые схемы, от которых у обычного человека рябило в глазах, а потом и зубы ныть начинали.