Карт 2: Робинзоним дальше?

— Она? Ты всё-таки выяснил, какого она пола?

— Нет. Она — гаргулья.

— Понятно. — Я повернулся к гарге и снова повторил: — Первая-Старшая — это не имя, это статус. Вот посмотри на мумию. Её статус: мажордом Сердца замка, а зовут её Глюк. Вон Пушистик, его статус — главный по уборке.

— Пи? — Теперь уже бусинки маленького волосатика стали размером с жемчуг. — Пи!

Я перевёл взгляд на своего фамильяра, замершего в ожидании, моих слов. Он что понимает, что я здесь языком мелю? Раньше же вроде только на интонации и команды реагировал.

Вспомнилось, как его дурачком и балбесом ласково называл, а Блуд только довольно хвостом мотылял. Теперь такое не прокатит?

— А Блуд у нас аж целый повелитель воздуха и мой фамильяр.

«Который за имением тапка сапогом отхватит за сегодняшние выкрутасы».

— Ш-ш!

— Вот и тебе имя надо. Только давайте все вместе его придумаем, а то у меня сегодня с фантазией что-то плоховато. И уже в избушке. — Я зябко поёжился. — Кстати, Глюк, если гарга в дом зайдёт, безопасность избушки не пострадает?

— Цык!

— Нет.

— Вот и славно. Все в дом, на кухню.

Пока я возился с растопкой печки…

Божественные сущности, как я мечтаю о газе, пусть даже баллонном. Или хотя бы о примусе! Интересно, а на чём готовят живущие на более цивилизованных осколках? Неужто тоже на дровах? Вот не хочется верить, что все. Ну, не может быть, чтобы в Сумеречных или других каких замках только дровами топили. Уложи поленья, мелкую растопку, кресалом постучи, искры высекая, а потом ещё и лёгкие развивай, — раздувая слабый огонёк.

Это же магический мир — что-то да должно быть! Должно! Иначе сдохнуть можно!

…в проёме кухонной двери остановился хомо-суслик, наконец-то вылезший из своего сада. В принципе, только его дожидался.

— Проходи, не стой в дверях, твоё мнение тоже потребуется.

И вернулся к раздуванию печки. Что-то сегодня у меня особо не ладится. Казалось бы, пора уже навык выработать, ан нет. Всё! Разгорелась!

Я поднялся и осмотрел честную компанию. Глюк и Фома стояли в углу, позади меня, как раз напротив печки.

Так получилось, что эти двое никогда не садились за стол. В обычной еде они не нуждались, вот, по привычке, и не занимали табуретки, которых на нашей маленькой кухне было-то всего две, оставляя их для меня и Клык.

Присутствие фурри на нашем маленьком совете, по идее, тоже было бы желательным. Но даже отсюда я слышал шум льющейся воды. К тому же наша полудевушка демонстративно оставила дверь чуть приоткрытой.