Как ни странно, позаботились и о них: им выделили деньги, примерно соответствующие стоимости построек, и отвели земельные участки у городских стен. Увы, это сделало оборону города намного сложнее, ведь одно дело, когда у тебя есть определенное пространство у стен, позволяющее маневрировать войсками, и другое – когда дома вплотную прилегают к стенам.
Процессию возглавляли мы с Хаспаром: я хотел пустить первым его, он – меня, и мы договорились, что пройдем вдвоем. За нами шли особо отличившиеся «пехотим», «шетурмим» и «каазаким», затем Маний Манилий в тоге с пурпурной полосой, а за ним – пленные в римских трофейных ошейниках, скованных цепью (их хватило на всех римлян, и еще оставалось), под охраной наших ребят; Карт-Якун шел последним из них, а замыкали процессию прочие наши воины.
Я думал, что толпа будет радоваться и улюлюкать, как это было в Карт-Хадаште, но ыпонцы стояли молча, разве что время от времени раздавались крики:
– Это он меня обесчестил!
На лоб тех, на кого показали, ставился порядковый номер углем.
Так были помечены около ста двадцати римлян плюс Карт-Якун. Им предстоял суд, и единственным оправданием должны были послужить слова «меня там не было», подкрепленные чем-нибудь конкретным. Но это предстояло им лишь после триумфа.
Когда мы дошли до площади Богов, на которой находились храмы Эшмуна, Саккана и Мелкарта (женские храмы Аштарот, Танит и Балаат-Гебал располагались на соседней площади Богинь), я остановился и объявил:
– Граждане Ыпона, поздравляю вас с освобождением! Те из римлян, которых вы не опознали, будут препровождены в загоны для рабов.
Те же, кто подозревается в преступлениях против жителей – и особенно жительниц – славного города Ыпона, будут преданы суду здесь же через полчаса. И от себя хочу сказать, что все мужчины, кто хочет вместе с нами и далее бить римлян, могут записаться в Южной казарме. Часть наших людей останется в городе и будет обучать их военным премудростям. Потому что, пока мы не сбросим римлян в море, мы никогда не будем в безопасности.
Уж не знаю, что на меня нашло, но я продолжил:
– И еще. Я считаю постыдным, что жители Ыпона и других городов, которые не перебежали к римлянам, не уравнены в правах с гражданами Карт-Хадашта. Я обещаю вам, что сделаю все, чтобы эта несправедливость была устранена. Поздравляю вас, мои друзья! И благодарю всех: воинов, освободивших Ыпон, храбрых его защитников и тех, кто сохранил верность городу и пострадал от рук наших врагов.
