Нам еще повезло, что проконсул Луций Хостилий Манцин находился в Ытикате, где и был взят в плен. Большинство же других смогли в сумерках уйти и каким-то чудом пройти вдоль берега, минуя цепь кораблей Адхербала; нашими были захвачены лишь три корабля, уйти смогли около полудюжины. Более того, с ними бежал и Карт-Халош с женами и родственниками. А я так хотел поквитаться с этой сволочью…
Я сам не заметил, как стал напевать:
Эх, дороги,Пыль да туман,Холода, тревогиДа степной бурьян…Конечно, не все в этой песне было применимо к нашей теперешней ситуации.
Холодов особо не наблюдалось (хотя, конечно, тогда, у Ыпона, жарко ну уж никак не было). Выстрел если и грянет, то из моего оружия, и моего дружка он жизни не лишит. А земля пока еще была очень даже своя; по чужой земле мы, даст Бог, пойдем, но будет это нескоро. Следующим пунктом программы будет высадка в Сицилии, но запад этого острова тоже исторически наша, пуническая земля. То же и о планируемой в более далеком будущем высадке в Испании. И только когда наши люди будут маршировать по Италии, земля станет однозначно чужой.
А то, что это рано или поздно придется сделать, было ясно. Но скорее поздно, чем рано.
А вот это было как раз в тему:
И бескрайними путями,Лесами, полями,Все глядят вослед за намиРодные глаза…Да, мне Мариам теперь родная, а скоро появятся и три других пары родных глаз. Не то чтобы мне этого так уж хотелось, но что поделаешь – ежики плакали, кололись, но продолжали есть кактус…
Край сосновый,Солнце встает,У крыльца родногоМать сыночка ждет…Далеко моя мама, в другом времени, да и Москва ни разу не сосновый край, но все же, все же…
Я и не заметил, как глаза мои увлажнились, и продолжил:
Снег ли, ветерВспомним, друзья…Нам дороги этиПозабыть нельзя…– Что с тобой, друг? Что тебя так расстроило? И о чем эта песня? – спросил Хаспар.
Я перевел ему некоторые куплеты. Он задумался.
– Ты прав, мой брат. Конечно, снега у нас нет. Но тем не менее действительно так – нам дороги эти позабыть никак нельзя.
Глава 7
Последний бой
1.
Худой и голодный видМы в очередной раз ехали вверх по главной улице, по сторонам которой вновь стояли толпы, радостно нас приветствуя. Сводный отряд «шетурмим», «пехотим» и «каазаким», собранный из особо отличившихся воинов каждого подразделения, нес штандарты своих частей, которые по моему приказу были изготовлены в бухте еще перед началом похода. У казаков это были изображения крылатых коней вроде пегасов, у пехоты – леопарды, а у штурмовых частей – львы.
