Картина без Иосифа

 — Линли проводил взглядом Сент-Джеймса и Дебору до бара.

В пабе, по-видимому, находились только местные, и никто не проявлял особого интереса к пожилому мужчине, который стоял перед Линли и ждал ответа. Тем не менее его появление не осталось незамеченным. Старания игнорировать его были слишком показными, на него то и дело бросали взгляды и тут же отводили глаза.

Линли тоже оглядел незнакомца. Высокий, поджарый, с редеющими седыми волосами и румянцем на щеках. Но не таким, какой бывает у охотника или рыбака. Видимо, он много бывал на свежем воздухе, но только ради отдыха и развлечения.

Одет в хороший твид; руки ухоженные, вид уверенный. По брезгливому взгляду, брошенному им в сторону Бена Рэгга, который хлопнул по стойке ладонью и от души хохотал над отпущенной им самим шуткой, Сент-Джеймсу стало ясно, что приход в Крофтерс-Инн являлся для него чем-то вроде сошествия с престола.

— Слушайте, — сказал незнакомец. — Я задал вопрос и хочу получить ответ. Немедленно. Это ясно? Кто из вас сотрудник Ярда?

Линли взял бренди у Сент-Джеймса.

— Я, — ответил он. — Инспектор Томас Линли. А вы, если я не ошибаюсь, Таунли-Янг.

При этом Линли презирал себя. Мужчина не мог определить его социальный статус по внешнему виду, потому что он не потрудился одеться к обеду. Так и остался в бордовом пуловере поверх полосатой рубашки и серых шерстяных брюках; на ботинках виднелись следы грязи. Так что пока Линли не заговорил — пока не задействовал свой голос, буквально кричавший о частной привилегированной школе, о голубых кровях, о пышных и бесполезных титулах, — Таунли-Янгу в голову не могло прийти, что перед ним титулованный граф.

Никто не прошептал Таунли-Янгу на ухо, что это, мол, восьмой граф Ашертон. Никто не перечислил выпавшие на долю Линли дары фортуны: городской дом в Лондоне, поместье в Корнуолле, место в палате лордов, если бы он пожелал его занять.

Воспользовавшись удивленным молчанием Таунли-Янга, Линли представил Сент-Джеймса. Потом стал потягивать бренди и наблюдать за стариком через край стакана.

Таунли-Янг между тем сбавил спесь, расслабил спину, перестал раздувать ноздри. Было ясно, что ему хотелось задать полдюжины вопросов, невозможных в данной ситуации, и что при этом он пытался выглядеть так, словно с самого начала знал все про Линли.

— Могу я поговорить с вами приватно? — спросил он и поспешно добавил, бросив взгляд в сторону супругов Сент-Джеймс: — Я имею в виду — не в пабе. Смею надеяться, что ваши друзья присоединятся к нам.