Вероятность того, что на танец пригласят и меня саму, была невелика, но всё-таки я хотела избежать конфуза и постаралась не попасться на глаза ни одному кавалеру."
"Первым на паркет вышел хозяин дома с красивой темноволосой девушкой (к счастью, не с мадемуазель Юбер!), потом — граф Рассел с Лаурой Марлоу. И вскоре уже весь центр зала оказался запружен взволнованными и улыбающимися парами. Не осталась у колонны и Джулия — ее пригласил мужчина лет тридцати в офицерском мундире. И я была искренне за нее рада, особенно в свете того, что Роуз на время этого танца осталась стоять у стены.
Я видела, как мадемуазель Юбер излишне резко обмахивалась веером и кусала свои тонкие губы. Можно было не сомневаться, что вот-вот примется сцеживать свой яд в уши стоявших рядом дам и наверняка найдет немало нелестных слов о своей бывшей подруге.
Мне было любопытно посмотреть весь замок, но первый танец я всё-таки решила провести в зале. Прежде балы я видела только в кино.
Это был танец, в котором партнеры почти не контактировали друг с другом.
Сначала они выстроились в шеренги друг против друга на довольно большом расстоянии, потом медленно начали сходиться. Церемонный поклон со стороны кавалера и реверанс от дамы, и возвращение на прежние позиции. Вряд ли они успевали обменяться хоть парой слов.
Дальше дело пошло чуть веселее, но значительную часть этого танца я пропустила, потому что вдруг услышала обращенные ко мне слова:
— Должно быть, вам бы хотелось быть сейчас среди танцующих, мадемуазель? И вы наверняка упрекаете тех кавалеров, которые не посчитали нужным выйти на паркет и, тем самым, лишили этого удовольствия и некоторых дам.
Я повернула голову — слева от меня стоял граф Кэррингтон. На сей раз выражение его лица не было таким пасмурным, как при наших предыдущих встречах, но и улыбки на его губах по-прежнему не было.
Несколько секунд я размышляла, с чего вдруг он решил обратиться с этой странной речью именно ко мне. А потом поняла. Совсем недавно я смотрела на мадемуазель Юбер, которая стояла в той же стороне, что и он, только чуть дальше.
И он, должно быть, решил, что я смотрела на него!
Возможно, мне стоило обидеться и высказать ему свое возмущение (такие слова выдавали в нём отсутствие всякого такта), но я лишь усмехнулась и пожала плечами.
— Вовсе нет, сударь! С чего бы мне упрекать в чём-то незнакомых мне мужчин? На балу каждый волен делать то, что ему по вкусу. А что касается меня, то тут вы тоже ошиблись.
