Кащей. Трилогия

Для этого вам нужно пробежаться на седьмой и двадцать третий этажи, вернуться на седьмой, попасть на третий, потом на семнадцатый, девятнадцатый, сорок второй, обежать там всех поголовно и после этого вернуться ко мне.

— Куда столько? — Лофьен прикинул, что до звонка подписей нужно было куда меньше.

— А вот так надо! Отчетность не терпит упущений в контроле! Торопитесь, у меня работа заканчивается через полчаса!

— И за что вас только взяли на работу? — бросил Хранитель. — Изувер!

— Я нахожусь на своем месте! — гордо ответил завхоз.

 — И готов работать без ежемесячных заклинаний исключительно ради пользы.

— А мы в эту общность не входим? — поинтересовался Лофьен.

— Многого хотите! Не спрашивайте у Родины, что она для вас делает, спрашивайте, что вы можете сделать для нее! — патетично и непонятно в честь чего воззвал он.

Хранитель театрально вознес кроткие очи к небу.

— Родина, я могу его придушить?! – эмоционально, хватая опешившего завхоза за грудки, выпалил он. — Ради общего блага?

— Не можешь! — хмуро ответил Лофьен.

 — Она мне первому обещала.

— Отпустите меня!!! – Завхоз с явным намеком демонстрировал свои часы, напевая дрожащим перепуганным голосом: — А время, а время идет себе, идет!.. Вы не успеете обежать все кабинеты! А завтра я уйду в отпуск! Принципиально. Не нравитесь вы мне, подозрительные вы какие-то!

Лофьен достал трубку и подключился к телефонной сети.

— Да? — послышался голос Четвертого.

— У нас требуют подписи!

— Разумеется, — согласился Четвертый.

 — Отчетность — святое дело. Без этого никак не обойтись.

— Времени нет на бюрократию!

— Это мелочи. Скоро к вам самим будут километровые очереди выстраиваться. Вот и оторветесь по полной программе на тех, кто вам мешает. Чьи подписи вам нужны?

Лофьен повторил длинный список, ни разу не ошибившись в порядке. Четвертый озадаченно кашлянул:

Через три минуты коридор заполнился толпой взбудораженных начальников, готовых поставить свою подпись на чем угодно, хоть на полу или на потолке, лишь бы побыстрее отчитаться о проделанной работе.

Завхоз потерял дар речи. Бланки пошли по рукам со скоростью метеорита. Не прошло и минуты, как все необходимые подписи были собраны. Лофьен с сияющим лицом протянул их завхозу. Тот промычал нечто нечленораздельное, уловив, что случилось невозможное: начальники бегали за бланками, как первоклашки друг за другом на перемене, вместо того чтобы гонять друг к другу просителей.