Его щека была рассечена острой щепкой.
– Нам нельзя уходить! - не сдавался Каспар, прикрывая лицо от частого града. - Сейчас уходить нельзя…
В стене замка вдруг треснул камень, крупный обломок ударил Каспара по шлему, да так сильно, что он едва устоял, схватившись за плечо барона.
– Уходить нужно, ваша милость!
Этот голос принадлежал Фундинулу, они с Углуком уже оправились после отчаянной схватки, умылись и, частично сменив одежду, вернулись в строй.
– Переждать, ваша милость! - поддержал гнома орк.
– А если это надолго? - не соглашался Каспар, глядя на приближавшуюся с севера тучу.
- Что скажешь, советник Ниппон?
– Нужно помощи просить, ваше превосходительство! - прокричал Ниппон, также закрываясь от яростного града.
– У кого? - не понял Каспар.
– У того, кто проучил меня, едва не уморив!.. Помните, к кому я ездил за Золотой Латкой?
– Саламур?
– Он самый. Я от него тогда едва живой ушел, но другой возможности у нас нет, ведь это колдовской наговор, разве непонятно?
– Понятно… - согласился Каспар.
Непогода ударила по ним слишком уж внезапно, и лестницы рассыпались не просто так. - Проси помощи, советник, проси!
77
В двадцати с лишним милях от Тыкерьи, в жалкой, сложенной из корней и стеблей донных водорослей хижине не одну сотню лет жил колдун Саламур. Немногие люди знали о нем, а те, кто знал, боялись и обходили его обиталище стороной. Однако колдуна это не смущало, он не нуждался в общении с людьми, больше разговаривая с ветром, волнами да любопытными крикливыми чайками, приносящими скандальные вести с далеких берегов.
Саламур давно был владыкой берега, и никто из магов и лесных чародеев не решался бросать ему вызов, ведь он владел силой морских штормов.
У него было собственное течение времени, свой распорядок периодов года и взгляд на мир. Он продолжал спокойно жить на стыке воды и песка, пока отчаянный вопль не заставил его вспомнить о суетных существах этого мира. Один из них отчаянно взывал к нему, упоминая одно из имен колдуна - Саламур.
«Саламур - помоги!» - кричал человек, и это удивило колдуна, он сразу узнал просящего.
Это был тот глупый вердиец, что приезжал покупать Золотую Латку. Прошли годы, но для Саламура это было как вчера.
Оставив хижину, он вышел на сырой песок и, опершись на посох, остановился. Ветер ухватился за длинную бороду и стал проказничать, развевая белоснежные пряди волос.
– Полно тебе, не наигрался еще с волнами, - отмахнулся Саламур, присматриваясь к темному пятну на горизонте.
