– Чем еще мне понравиться жителям города, чего еще они ждут? - спросил Каспар, оглядывая внутренний двор замка.
– Как только они поверят, что вы остаетесь здесь сеньором, они попросят у вас школу для их детей, ваше превосходительство.
– Да разве в Тыкерье нет школы?
– Школы есть, ваше превосходительство, но в них по большей части изучают песни и легенды древних верди, хотя, по правде говоря, все эти легенды принадлежат пихтам. Дети немного знают счет, немного пишут, вот и все. Но каждый вердиец, кого ни спроси, желал бы выучить своих детей в Харнлоне.
Тамошние учебные заведения дают куда более крепкое образование.
– Что ж, придется выписывать учителей из Харнлона… - Каспар на секунду задумался. - Ученые вердийцы - залог богатства Тыкерьи и всей провинции.
– У вас государственный подход, генерал, - сказал де Шермон. - Сразу видно основательного человека.
– Но зачем это его превосходительству, ваша светлость? - удивился Ниппон, поглядывая то на генерала, то на графа.
– А это все теперь его вотчина, он без пяти минут граф.
Кстати, нужно побеспокоиться об отправке курьера к королю. Его величество будет рад услышать хорошую новость.
– Мы сделаем это завтра, когда я утвержусь в мысли, что битва позади, - ответил Каспар.
Подошел Хуберт, его правая рука была на перевязи, поверх которой кое-как были пристегнуты стальные накладки - новые, не подходившие к лейтенантскому мундиру.
– Что с тобой, ты ранен?! - с беспокойством спросил Каспар.
– Ничего страшного, ваше превосходительство, это мне дубиной досталось, - сказал Хуберт, но отец ему не поверил.
– Кости целы?
– Целы, лекарь сказал, что через неделю тряпки снять можно, а пока примочку поставил.
Слуги стали выносить разбитую мебель, к воротам подъезжали возы для погрузки мусора, заодно подвозили веники. Все это были мирные приготовления, Каспару вспомнилось, что точно так же приходилось расчищать место у реки для строительства очередной красильни. Он уже прикидывал, можно ли и здесь открыть красильное производство.
– Откуда в городе воду берут? - спросил он у Ниппона.
– Из колодцев, ваше превосходительство, вода в них такая же солоноватая, как и в копанках среди дюн, но местные к ней привыкли.
Среди устоявшихся мирных звуков вдруг послышался приближающийся топот лошади, кто-то погонял ее без жалости и без боязни свалиться на повороте скользкой мостовой.
Все движение во дворе прекратилось, люди замерли, ожидая появления переполошенного всадника.
