Потолкавшись среди покупателей и продавцов, Каспар не заметил своего «хвоста». По-видимому, тот не сумел угнаться за скоростным экипажем.
Однако это еще ни о чем не говорило. Весь город был наводнен ворами, у них повсюду были глаза и уши.
Перейдя площадь, Фрай отправился в гостиницу.
25
Подходя к «Коту и Ботинку», он не услышал шума, который мог сопутствовать драке гнома с орком. Окна на втором этаже все были целые, а значит, с самого утра здесь было все спокойно.
Перешагнув через слишком настырного нищего, Фрай поднялся по скрипучей лестнице и вышел в сумрачный, больше похожий на тюремный коридор.
Там он нашел нужную дверь и негромко постучал.
– Кто там? – спросили изнутри. Каспар узнал голос Фундинула.
– Это я – Каспар Фрай.
Дверь открылась, Каспар вошел в просторные двухкомнатные покои. Это было дорогое удовольствие, однако Каспар решил, что лучше пусть весь его отряд находится в одном помещении.
– Добрый день, ваша милость, – поздоровался Углук.
Он сидел за столом, а перед ним на огромном подносе лежал растерзанный жареный поросенок.
Косточки других жертв были сложены рядом аккуратными кучками.
– Ты, я вижу, никак не наешься, Углук?
– Я сыт, ваша милость, но, если есть возможность скушать еще немного, почему же отказывать себе? Тем более что в походе мы будем жить куда скромнее.
– Голодать мы не будем – это я обещаю. Солонины закуплено вдоволь.
– Я бы предпочел копченое мясо, – сказал Бертран, который сидел за другим столом и перелистывал старую книгу.
– Копченое брать нельзя. По ветру его запах разносится на мили… Как настроение, Бертран, и что за книга?
– Я перечитываю труды Ранделя.
– Кто такой этот Рандель?
– Великий философ древности.
В ответ Каспар только пожал плечами. Великие философы древности его ничуть не занимали.
– Если вы видите в этом какую-то пользу, Бертран, читайте. Можете даже взять эту книгу с собой.
Оставив в покое графа, Каспар обратил внимание на эльфа.
Тот одиноко стоял у окна и смотрел на улицу, туда, где между домами была видна часть Рыночной площади с ее сутолокой.
Кровать, на которой этой ночью спал эльф, была настолько идеально застелена, что Каспар засомневался, ложился ли на нее эльф или так и простоял у окна всю ночь.
Сам эльф тоже выглядел очень опрятно. Как будто над ним трудился целый штат цирюльников и гладильщиц-белошвеек.
И точно так же он выглядел вчера – будто бы и не прожил много дней на чердаке, среди крыс и голубиного дерьма.
