Возле самой большой клетки стоял высокий человек в голубом, расшитом серебряными цветами камзоле и, просовывая холеные пальцы между прутиков, кормил свою любимицу засахаренными кусочками фруктов, которые брал у лакея с подноса. Чуть поодаль в торжественной тишине стояли приближенные короля, худые и толстые, молодые и постарше, разодетые в золото и в умеренные чиновничьи цвета, вытянув шеи, они внимательно следили за каждым движением его величества, чтобы не пропустить момент, когда можно поаплодировать и воскликнуть: великолепно, ваше величество, как это ловко у вас получается!
– Ваше величество, заезжий негоциант благополучно доставлен! – громко произнес хранитель библиотеки.
Король как будто его не слышал. Хранитель замер в ожидании, пока его величество докормит разжиревшего попугая.
– Ну, ты верен мне, плутишка? Продемонстрируй это, продемонстрируй… – Король вытер руки о поданный платок и побарабанил пальцами по прутьям.
– Да здр-р-равствует кор-р-роль! Да здр-р-равствует кор-р-роль! – раскатисто проорала птица.
– Молодец, завтра получишь еще.
Его величество повернулся к хранителю библиотеки:
– Здравствуйте, граф Мобинвар.
– Я привел к вашему величеству негоцианта, который привез в город этот великолепный шоколад.
– Ах, шоколад! – Лицо монарха озарилось улыбкой. Двое лакеев поднесли небольшой трон с подушкой, Ордос Четвертый величественно на него опустился, свита тотчас переместилась за спину короля, и каждый из приближенных занял строго определенное место – это имело большое значение.
Хранитель библиотеки отошел в сторону, оставив Каспара лицом к лицу с королем.
– Доброго вам здравия, ваше величество, – произнес Каспар, низко кланяясь.
– Спасибо, любезный. Отчего это купцы всегда ходят в этих хламидах? Зачем носят бороды и эти уродливые шляпы? По мне, так лучше бы одевались как дворяне, так гораздо удобнее.
– Это оттого, ваше величество, что купец должен иметь в движениях неторопливость, а в поведении основательность, чтобы никто не подумал, что он плут, – пояснил Каспар, который уже задавал подобные вопросы Колумбусу.
– Нет, вы только послушайте, – обратился король к приближенным, которых собиралось все больше – по одному, по два они просачивались в зал, благо дверей в птичьем зале хватало. – Вы только послушайте – в движениях неторопливость, а в поведении – основательность! Ну прямо мои вечно беременные фаворитки!
– Ха-ха-ха! – восхищенно засмеялись все. Птицы, напротив, заметались по клеткам, а попугай повис на шестке вниз головой.
