– Фраем, ваша величество, зовут того разбойника, который состоит на службе у Ангулемского и уж очень хорошо выполняет его задания. Взять хотя бы исчезновение армии графа де Гиссара, который так замечательно начал кампанию против Ангулемского и так невовремя исчез.
– Вы думаете, с де Гиссаром мог расправиться один человек?"
"Беседуя, они добрались до Голубой столовой, где короля ждал его любимый напиток. Увидев, что он не один, слуги моментально подали еще один прибор. Его величество и герцог Пейн сели.
– Мне и герцогу по новому рецепту!
– Слушаюсь, ваше величество!
– Не нужно, я не жалую эту горечь, – пробовал возражать герцог.
– Я же сказал – по новому рецепту, дядя, вы только попробуйте, тем более рецепт этот сообщил негоциант Фрай, который показался вам таким подозрительным.
– Ну хорошо, по крайней мере, проверю, не пытался ли он отравить нашего короля.
На серебряных подносах принесли чашечки из голубого фарфора, тонкого, почти прозрачного.
– Что это? Какой-то странный цвет.
– Сливки, дорогой дядя.
Сливки и сахар.
– Ну, до этого я и сам мог бы додуматься, – сказал герцог, помешивая напиток ложечкой. – А что касается вопроса, мог ли этот человек, я имею в виду настоящего Фрая, в одиночку загубить целую армию, то думаю, это зависит от везения. К сожалению, все, что у нас есть, – это рассказ пары уцелевших уйгунов, которые из-за ранения отстали от войска де Гиссара, однако у них ничего не поймешь, это ведь и не люди даже и изъясняются они весьма путано.
Сделав глоток, герцог поднял удивленный взгляд на короля.
– Что, почувствовали?
– Да, в этом что-то есть.
Герцог с удовольствием допил весь шоколад, промокнул губы салфеткой и спросил:
– Что у нас с подготовкой летней кампании?
Король не спешил с ответом, он пил шоколад и размышлял о том, присоединился ли его дядя к группе генералов, жаждущих скорейшей войны с Ангулемским. То, что принц Гвистерн поддерживал этот союз, король знал, принц считал Ангулемского взбунтовавшимся вассалом, которого нужно немедля наказать.
Генералы тоже ратовали за скорейшее восстановление справедливости, король и сам был не прочь отобрать у герцогства особые привилегии, однако не забывал посматривать на северо-запад, где набирали силу объеденные конвендором Акуакару тардийские племена. Пропитания на побережье хватало, однако приморский владыка с интересом посматривал на богатые города королевства Рембургов, шпионы его величества докладывали о весьма неустойчивых настроениях на океанском побережье.
