— Войско короля Диметрия дают им жару! Давайте, вперед, им на подмогу! Каталея, в центр не лезь, чтобы тебя стража случайно не прибила, приняв за врага! У нас метки! — крикнул Мэрвин, показал на руку, на запястье которой была повязана синяя ткань и закрутил в своих руках горящий шар.
Я кивнула и пригибаясь к земле отошла в сторону.
Над нами грохотали звуки, похожие на раскаты грома. Вокруг летели огненные сферы, копья и сети, которыми королевский отряд пытался ловить нарушителей закона.
Фрикс нашел на столе лук и стрелы, а я у одной палатки магический посох.
Эльф забрался на какую-то высокую деревянную постройку на колесах и оттуда начал вести огонь. Его стрелы летели во врагов с необычным шлейфом, а втыкаясь в жертву, словно разъедали его плоть зеленым ядом. Я заметила, что во время выстрела или полета стрелы, Донат шептал какие-то заклинания.
— Корнэлиус бешин кусанта! — я возвела колючую стену вокруг вышки до того, как до нее добежали захватчики.
— Ахимэнэс! — Я залечивала раны тех бойцов-союзников, которые были смертельно ранены.
А вот тем, кто уже умер и лежал с парящей над ними душой, я помочь не могла. Учителя говорили мне, что я смогу воскрешать после того, как с благословения богини Айлин стану Целителем. Я поняла, что это пятидесятый уровень, но я не добила всего один уровень до него! Как же обидно! Но, увы, я не могла видеть и рассчитать, сколько мне еще придется охотится до желанного уровня. А сейчас, как никогда, мне бы это умение пригодилось.
И те, кто умер, не ждали бы, когда к ним подбегут те, у кого есть зелье воскрешения или не поднимались бы с дикой болью в закрепленном месте воскрешения, где-то в лесу. Крики воскресших оттуда доносилось даже до нас.
Глава 28
— Наволе сэнта! Ахимэнэс!
Я наносила удары светом людям, оркам, гномам, всем тем, кто пытался на меня нападать. Некоторые люди в синей форме видели, что я борюсь против захватчиков и помогали мне.
Вокруг меня смешались все звуки — крики, стоны, оглушающий звон металла и ощущался жар огня.
Я со страхом пригибалась к земле во время взрывов, но продолжала бой. Лечила своих ребят и людей в форме."
"Я думаю, что мужчины здесь, вне зависимости от расы и пола тоже испытывали этот страх. Многие любители поиграть в войнушку, оказавшись в эпицентре кровавой бойни, сразу переоценивают свои жизненные ценности, а кто-то, наоборот, упивается ею или же вовсе, дают своему страху завладеть собой.
