На кольце выступала змеиная голова, на которой сверкали два маленьких зеленых камушка. Оно красивое! Я надела его на палец. Камушки мигнули, словно глазки у живой змеи.
— Тяф! Рр-ра! Фыр! — чихнул волчонок и продолжил агрессировать, только теперь не на змею, а на меня.
— Ну и что ты лаешь на меня, малыш? Не буду я тебя трогать, если набрасываться на меня не будешь, как тут смотрю любит делать вся живность в округе.
Мне резко стало плохо. Голова закружилась, а место укуса стало щипать сильнее. Пошатываясь, я рухнула на землю и придвинула ближе к себе раненую ногу.
Волчонок увидел, что я не претендую на его жизнь, отвернулся от меня и отбежал к своей матери. Он обнюхал ее, лег рядом с ней, положил маленькую серенькую мордочку на свои лапки и тихо заскулил.
Я пыталась рассмотреть свою рану. Вокруг двух кровоточащих прокусов была красная воспаленная кожа. Мне становилось жарко.
Если я не ошибаюсь, то питоны не ядовиты. Почему тогда мне становится хуже? Хотя первый зверек мне тоже казался обычным барсуком, не удивительно… И что теперь делать?
Моя голова начинала кружиться.
Не знаю, что нужно… Наверное высосать яд.
В следующие секунды я показала акробатический номер — подняла прокусанную ногу вверх, а потом согнула ее так, что щиколодка оказалась около моих губ. Я сдавила кожу вокруг раны и высосала яд, после чего тут же сплюнула его на землю. Пока я повторяла это несколько раз, то успела заметить, что волчонок чесался задней лапой и замер, странно на меня уставившись. Взгляд у него был слишком умный, это я заметила сразу, как его увидела.
А сейчас он словно встал в ступор, удивляясь тому, что я вытворяю. Наверное он был сильно удивлен, что я могу такое проделать по-волчьи.
Я успела промыть рану и перевязать ногу чистой тканью. А через несколько минут мне стало настолько плохо, что я чувствовала, будто горю изнутри. Перед глазами все поплыло. Я повалилась спиной в траву и потеряла сознание.
Иногда мне казалось, что я прихожу в себя. Но вокруг меня все плыло, имело неясные формы и странные звуки.
Я то приходила в себя, то вновь проваливалась в бессознание. Мне казалось, что над моим лицом маячит чья-то серая усатая морда. Потом меня лизнули наждачкой по щеке и носу. Солнечный свет исчез, оставив перед моими глазами длинные ветки-лапы от елового дерева, через которые просачивались неестественно-красивые лунные дорожки. А потом ко мне наклонилось чье-то мужское лицо с длинными русыми волосами и короткой бородой.
