Его поверхность стала белой и на ней начали появляться какие-то надписи. Сначала я не понимала их, но потом словно в моей голове что-то щелкнуло и я стала видеть строки.
«Дитя мое! Любое живое существо в мире Навалон благословлено мною при появлении на этот свет. И ты не исключение, Каталея! Ты сама выбрала свой путь и я рада видеть — какой. Частичка меня всегда будет с тобой. И ты получишь дар восполнения жизненных сил тогда, когда будешь готова к этому. Это произойдет, когда над твоей головой одновременно сойдутся две горы и появится озеро.
Я верю в тебя, дитя!»
В следующую секунду все пропало.
Я обернулась. В стороне стоял задумчивый Вивьен.
— Что это было? Что это значит? — затараторила я и подошла к нему. — Там было написано…
— Я все видел, Каталея, — погладил он свою белесую бороду. — Я не совсем понял последнее. Но то, что она приняла твои дары и услышала просьбу — это точно. И сказала, что ты получишь этот дар, но не сейчас.
— А что значит «сойдутся две горы и озеро»?
— Именно это я не пойму… Прости меня, Каталея.
— Ничего, — грустно ответила. — Вы и так для меня многое сделали, я благодарна вам за все! Может когда-нибудь я пойму, что она мне сказала или кто-то мне поможет в этом разобраться.
— Ты хороший человек, милая. Я желаю тебе успехов и дальнейшего доброго пути! Но сначала ты пообедаешь у меня перед дорогой и возражения не принимаются!
— Хорошо, — я с грустью улыбнулась и пошла за монахом.
Очень жаль, что я не получила то, чего хотела. Я все такая же бесполезная и беспомощная… Кто? Я даже не знаю кто я.
Хоть в этом, хоть в моем мире…
Мы вернулись в пещеру, умылись и сели за каменный стол. Нужно было и правда подкрепиться перед дорогой. А у монаха была прекрасная жареная речная рыба и лепешки.
— Не грусти. Я думаю у тебя все получится. Кушай, кушай, — он подложил мне еще кусочек рыбы. — Кстати, — он показал на корзинку, которая стояла недалеко от нас. — То, что осталось, это твое. Можешь продать, они редкие и очень ценятся.
— Спасибо, но я возьму лишь один персик.
Остальное вам в благодарность. Возражения не принимаются! — улыбнулась я, возвращая ему его фразу.
Вивьен рассмеялся и поблагодарил меня.
И тут я замерла и перестала жевать, уставившись перед собой.
— Что с тобой? Косточка от рыбы в горло попала? — обеспокоенно спросил монах.
— Нет, — произнесла я задумчиво. — Скажите, Вивьен, а может это цифры? Две горы и озеро?
— Какие цифры?
Понятно, значит он тоже их не видит.
— Ну, что-то вроде подсказки какой-то.
