Беатриче скажешь, пусть ждет меня год. Если не вернусь… Сама решит, что делать. Присматривай за моим сыном. Когда вырастет, посвятишь его в рыцари.
Затем объяснил Тегаку, как из Марселя добраться до Венеции, и приказал:
— Спускайте на воду тузик. Положите в него запас еды, вина, мое оружие, доспехи и спасательный жилет, а потом опустите меня.
Я не был уверен, что без падения в воду сумею перебраться в другую эпоху, но и оставаться без ноги или умирать долго и мучительно не хотел. Дзан помог мне переодеться в чистую одежду. Меня вынесли на палубу, мокрую от заливающих ее волн.
Завязав линь беседочным узлом, которому я их научил, два матроса осторожно опустили меня в тузик, бившийся о борт бригантины. Я сел на мокрую банку, развязался и крикнул:
— Отдать швартов!
Тузик начал отставать от бригантины. Постепенно судно растворилось в темноте, оставив меня одного в штормовом море.
Холодные брызги быстро промочили одежду. Я нашел на ощупь деревянный ковшик, вычерпал со дна тузика воду, снял среднюю банку и лег ногами к корме, накрывшись спасательным жилетом. Было холодно, сыро и болела рана. Из нее все еще как бы вытягивали каталонский болт.
Я подумал, что попасть в меня мог кто-нибудь из тех, кто был во флотилии Рожера де Флора. Получается, что Каталонская компания отблагодарила меня за многолетнее сотрудничество. Улыбнувшись этой мысли, я, превозмогая боль, выпрямил раненую ногу — и отрубился."
