Оставался лишь один выход — спросить Директора напрямую, пока он еще не понял, что пленник просчитал систему защиты бункера.
— А если я попытаюсь взять вас в заложники? — с тоскливой надеждой произнес Егор, тяжело поднимаясь, делая шаг к двери.
Бессараб глотнул какой-то янтарной жидкости из стеклянной фляжки, покачал пальцем. Глаза его стали маслеными. Видимо, это был коньяк, Егор ощутил его запах.
— Не стоит и пытаться, полковник. — Директор был железно уверен в своей безопасности и раскрыть тайны защитной системы кабинета не боялся.
— Здесь везде в стенах винтовки и пулеметы с автоматическим спуском. Стоит мне произнести кодовую фразу, и от вас, как говорится, останутся рожки да ножки.
— Компьютерное управление? — «догадался» Крутов с унынием в голосе. — Вы включаете его звуковой командой?
— В принципе, вербальное управление устарело, — не почувствовал подвоха Юрий Тарасович, самодовольно улыбнувшись, — в скором времени мы перейдем на мысленное, мои помощники давно работают над этой проблемой и близки к ее решению.
— Неужели это возможно?! — В голосе Крутова теперь слышался страх.
— В мире нет ничего невозможного, — философски заметил Бессараб. — Раз природой заложена такая возможность в человеке, рано или поздно она будет реализована. Да вы не волнуйтесь так, полковник, вам это пока не грозит.
— А если в разговоре с гостями вы случайно назовете пароль и компьютер начнет стрельбу?
— Не начнет, — беззаботно отмахнулся Бессараб. — Он включает систему только при непосредственной угрозе нападения на меня.
Стойте, где стоите, демонстрирую. — Юрий Тарасович сделал еще глоток коньяка и произнес: — «Желтая карточка!»
Тотчас же по цепям компьютерной сети — Егор чувствовал всплески электромагнитного поля — промчалась бесшумная лавина электрических импульсов, и в стенах кабинета вспыхнули рубиновые глазки, протянув через всю комнату тоненькие лучики лазерных прицелов. Лучики скрестились на фигуре Егора, и он замер.
— Теперь стоит вам приблизиться ко мне на метр, компьютер откроет огонь.
Если же я захочу избавиться от вас раньше, мне просто надо будет поменять цвет карточки. Вы меня понимаете?
— Еще бы! — упавшим голосом сказал Крутов. — Вы играете в футбол?
— Когда-то играл, сейчас заядлый болельщик, фан «Спартака». А вы?
— Я болею только за сборную… мне можно идти?
— Отбой! — скомандовал Бессараб."
"Лучи лазеров погасли, и в тот же момент Крутов метнулся через кабинет к начавшему вставать с кушетки Директору, включаясь в темп.
