Катастрофа

Шелковистое каре густых каштановых волос, бархатная кожа бронзового оттенка, изящные изгибы губ и смелый росчерк бровей, пронзительный взгляд серых глаз и белоснежный комбинезон аналитической группы, словно напылённый на миниатюрную точёную фигурку — у чиновника всегда захватывало дух, стоило ему только бросить взгляд на эту женщину. Вот и сейчас Арториус не сразу нашёлся, что сказать.

— Что интересует господина третьего помощника на этот раз? — Лемешева снова продемонстрировала ослепительную улыбку. — Хочу сразу предупредить, что все тайны программы Серебрякова знает только сам великий Серебряков.

Так что прошу не ожидать от меня невозможного, — продолжала улыбаться доктор.

Интересно, сколько ей лет? Двадцать семь? Тридцать семь? Или, может, сорок семь? Арториус с трудом оторвал взгляд от её бедер и заставил себя собраться с мыслями. С третьей попытки ему это удалось.

— Денис Денисович упомянул про совершенно феноменальную ёмкость «Пирогова» и способность этой удивительной программы хранить информации во много раз больше, чем тот объём, что она сама занимает на носителе.

Как же такое возможно?

Лемешева улыбнулась ещё шире:

— Вы не совсем верно восприняли формулировку профессора, господин Арториус. Кстати, вы так и не сказали мне в прошлый раз, как вас по имени-отчеству? У нас в отделе не принят столь сухой и безличностный официальный тон, мне было бы удобнее обращаться к вам более естественно."

"— Возможно, вы не знаете, Татьяна Петровна, но у обитателей Улья нет как таковых фамилии, имени и отчества, — глядя на то, как расширились от удивления глаза Лемешевой, Арториус про себя недобро усмехнулся.

А что вообще вы в своём Випе знаете про Улей? Живёте себе припеваючи и купаетесь в роскоши. — Дело в том, что в уровне Улей, по площади сопоставимому с уровнем Вип, проживает более сорока семи тысяч человек. Проблема перенаселённости Улья возникла ещё двести лет назад, уже тогда было неинформативно использовать для идентификации систему фамилий, имён и отчеств по причине весьма многочисленных совпадений. Поэтому мы отказались, в конце концов, от неё и вот уже двести лет детей в Улье называют одним, но зато совершенно уникальным именем. Мы даже ведём базу данных занятых и незанятых имен. Возможно, для уроженцев Випа наши имена звучат несколько непривычно, зато у нас вы никогда не найдёте двух людей с совершенно одинаковыми именами. Так что Арториус для меня — это и имя, и фамилия, и отчество вместе взятые. Но вы можете называть меня Арти.