Катастрофа

Нянька и гувернантка тихо пытались успокоить вредного наследника, предлагая ему откушать сладостей или заняться компьютерной игрой. В конце концов, выбор пал на компьютер.

Шрецкий собрался было в который раз поторопить референта с подготовкой вылета, но тот уже был рядом и включал коммуникатор.

— Экстренное сообщение по каналам новостей, Эдуард Романович, — казалось, что находящиеся в зале люди перестали дышать. В гробовой тишине звук динамиков разнёсся по всему залу:

— …обменялись ядерными ударами.

Связь с акваторией «Шельфа ООН» и прилегающими к нему районами потеряна. Мы срочно пытаемся получить любую информацию с места трагедии…

— Сообщите капитану самолёта, что если мы не вылетим через полчаса, он может искать себе новую работу, — Шрецкий практически рычал на референта.

Через пятнадцать минут Шрецкий поднимался на борт своего личного самолёта. Усевшись за рабочий стол, олигарх проводил взглядом промчавшегося по салону в направлении компьютерного симулятора сына.

Коммуникатор моргнул лампочкой внутренней связи, и командир экипажа доложил, что до взлёта осталось десять минут.

В этот момент референт включил голографический экран и доложил:

— Эдуард Романович, правительственное сообщение.

Изображение государственного флага сменилось каменным лицом премьер-министра. Без лишних слов и нелишних объяснений премьер сообщил об объявлении в стране военного положения и призвал к соблюдению спокойствия и недопущению паники, назвав это вынужденной временной мерой.

На этом правительственное сообщение закончилось.

— Соединяйте меня с президентом до тех пор, пока не соедините. И обеспечьте мне связь с Министерством обороны. Скажите капитану, что нам необходимо быть в Москве так быстро, насколько это вообще возможно.

— Слушаюсь, Эдуард Романович.

Как только самолёт набрал высоту, Шрецкий затемнил иллюминатор. Солнце оставалось позади самолёта, но даже с этой стороны дневного света, столь нелюбимого олигархом, было ещё много, он раздражал и мешал думать.

Переговорить с президентом по-прежнему не удавалось, Министерство обороны тоже молчало. Шрецкий понимал, что сейчас там творится, но до Москвы оставалась ещё половина пути, а информацию надо было иметь на руках немедленно.

— Эдуард Романович, Министерство обороны, Игорь Фёдорович. — Прервал его размышления референт.