Катастрофа

Миллионы тонн пыли, поднятые ввысь на десятки километров ядерными взрывами и дымами от пожаров тысяч городов и миллионов гектаров лесов, заслонили собою солнце на многие годы. Счётчики Гейгера зашкаливали, показывая смертельно опасный уровень излучения, а на месте красавицы Медвежьей, возвышаясь над землёй едва на пару десятков метров, уродливо, словно гигантский гнойник, выпирал оплавленный, весь в застывших подтёках, каменный блин. Вокруг, насколько хватало взгляда, простиралась безжизненная пустыня, засыпанная землисто-серой смесью пепла и снега.

Ядерный взрыв, уничтоживший сопку, был наземным и имел чудовищно огромную мощность. Похоже, по бункеру били сознательно.

— Мы закончили установку оборудования, шлюз закрыт, выполняется подпор давлением, — в наушнике зазвучал голос кого-то из научных спецов. — Можно идти.

Тринадцатый проверил связь с бункером. Ему ответил Старик, контролирующий операцию из центра управления. Связь была неустойчивой и сильно засорённой помехами.

По мере удаления от выхода помехи усиливались, обещая скорую потерю сигнала.

— Идти след в след, построение «Змейка» в колонну по одному, в ложбины и ямы не наступать. Дистанция между бойцами четыре метра, дистанция между подгруппами двадцать метров, — майор отдал команду и, прикинув направление на цель, повёл группу.

Стрелка компаса хаотично дергалась в разные стороны, магнитные и радиационные аномалии делали компас бесполезным, и он шёл, полагаясь на опыт, руководствуясь выбранными в качестве ориентиров оплавленными остатками Медвежьей.

Ещё в бункере он разбил бойцов на пять частей-подгрупп. Первым шёл головной дозор, и от впереди идущего зависело очень многое, поэтому эту тройку Тринадцатый возглавил сам. Далее шли ещё две тройки, потом пятёрка из учёных и охранников, пятая тройка являлась тыловым дозором. Снег местами доходил до колен, но поверхность под ногами была относительно ровная: давление в несколько миллионов атмосфер в совокупности с огромной температурой в миллионы градусов, в доли секунд возникшие в эпицентре ядерного взрыва, гладко выбрило местность на километры вокруг, и идти было несложно. Майор, словно бульдозер, неутомимо пробивал дорогу, периодически нарушая тишину в эфире ближней связи для короткой лаконичной переклички. Спустя час было пройдено три километра, когда поднялся ветер. Идти стало труднее, и без того слабая видимость резко ухудшилась.