Катастрофа

— Где находится ядерный заряд? — искажённый мембранами противогаза голос звучал глухо и зловеще, от каждого вопроса старик вздрагивал.

— В крытом грузовике он, заперт. На пассажирской двери там ручка выломана, приметная это машина, — на вид старику было лет шестьдесят, наверное, ровесник начальника службы охраны, усталый голос звучал слабо, но уверенно.

— Как охраняется?"

"— Во втором кунге медпрепараты хранятся, там постоянно дежурят двое солдат с автоматами, — старик закашлялся и продолжил: — А заряд просто заперт, всё равно никто не знает, как им пользоваться.

Ядерную реакцию обычными методами не вызвать. Генерал говорит, что у него есть дистанционное управление, он его в БМП держит, всегда при себе, — старик снова зашёлся в кашле.

Снова, как всегда неожиданно, поднялся ветер и закрутил в воздухе грязную карусель. Старик съёжился и задрожал от холода. Тринадцатый отдал команду, и бойцы сомкнулись в кольцо, загораживая старика от ветра. Воспользовавшись паузой, тот спросил:

— Вы снизу, из бункера? — в его голосе неприкрыто звучала надежда.

— Из бункера. Кто такой генерал? — продолжил допрос майор.

Старик стёр облепивший лицо снег, неуклюже протёр глаза и ответил:

— Не знаю я точно. Когда первый взрыв ударил, в метро я был. На Заельцовской, это у нас предпоследняя станция ветки, на другом конце города от аэропорта. В том районе-то и взорвалось в первый раз, да так сильно, что весь город сразу превратился в пылающие руины. Тогда все, кто успел, в метро укрылись.

Да только потом по всему городу начали бить, туннели обрушились, выход обломками завалило наполовину. Поначалу выбирались наружу, копались в развалинах продуктового неподалёку. Да только многого там не найдёшь, от города одни камни остались, даже первых этажей не уцелело, и горит всё, в центре смерч огненный. Через несколько дней начала вода поступать из разрушенных туннелей, и метро стало затапливать, за два дня всё залило. А наверху пожары не стихают, и радиация сильнейшая, решили из города срочно уходить, а куда? Ни еды, ни воды, снег грязный идёт, кожу нарывает. Всем, что по дороге из-под обломков магазинов достать смогли, и питались. За городом снежная пустыня, холодно, тёплой одежды нет, какое тряпьё подобрать посчастливилось, в то и закутывались. Детки плакали, кушать хотели…

Старик снова закашлялся. На этот раз кашлял он долго, потом сплюнул на снег ржавый комок и отдышался:

— Ночью заметили в небе ракеты сигнальные.