Катастрофа в подарок

— Подавятся! Ничего, — приободрила будущую невестку младшая Иванова, — скоро научишься правильно реагировать на агрессию сексозабоченных и умело ставить любого обидчика на место. Опыт приходит с годами.

Последняя фраза Илоны совсем не устраивала биологичку. Она прикоснулась к животу, снова представив себя в Африке и никак не желая оказаться на месте изгнанной из прайда львицы, с тоской во взгляде провожающей подросшее потомство.

— Хотелось бы побыстрее. Молодость так стремительно пролетает…

— Тебе ли говорить об этом? — рассмеялась байкерша.

 — Юная душой, красивая, с длинными ногами и пышной грудью…

— Если юную ассоциировать с наивной то — да, а грудь может обвиснуть после родов…

— Каких «родов»? — изобразила недоумение Иванова.

— Как «каких»? Я же рассказывала про ночь с твоим братом. А вдруг и вправду беременна?

Илона загадочно улыбнулась, удерживаясь от желания потереть руки: данное заблуждение Сидоровой было огромной удачей. Что может сделать женщину более решительной в завоевании мужчины, если не древнее как мир желание обеспечить потомство отцом?

— Ты кому-нибудь уже говорила об этом? — поинтересовалась она с тайной надеждой, что нет, и была несколько озадачена ответом:

— Да.

Записалась на приём к своему гинекологу, вернее, подруге Лене Залезаевой.

— Хорошенькая фамилия, так сказать, в тему. И на какой день?

— Вот только про фамилию не надо! — умоляюще попросила потомок художника. Несколько раз за день представившая Лену по локоть забравшейся во влажный тоннель к кладовой яйцеклеток.

Ещё немного и та залезет в него по плечи. — Биологичка б-р-р-рыкнула, брезгливо помотав головой, — это излишки профессии, а не фамилии, — добавив: — На следующую среду.

— Так-так, хорошо, — пробормотала Иванова, уже прокручивая в голове возможные последствия открывающейся учительнице правды. И мгновенно приняла единственно верное решение по оттягиванию дня икс. — Боюсь, в среду ты будешь занята.

— Да? — удивилась Наташа, пытаясь найти причину не сорвать свои планы.

— Да. И тут не может быть никаких отмазок, — словно читала мысли биологички Иванова, — если не желаешь нажить врага в лице Тани.

Наталья икнула, вспомнив тяжёлый взгляд крепкогрудой сильной духом украинской красавицы.

— Не хотелось бы… — неуверенно возражала она.

— А я о чём? Подумай, что будет происходить в нашем доме, если откажешься. Надеюсь, ты не забыла, что Таня не только моя, а теперь и твоя подруга, но ещё и наша горничная.