– С тобой приятно иметь дело!
Девушка оглянулась, оценивая фронт работ. По углам развесить поглотители запахов, в пол вмонтировать систему самоочистки, над стойлом – оберег на здоровье животных, кормушки и поилки обработать на самозаполняемость…
…Пожалуй, несколько часов, которые она провозилась в коровнике, были самыми приятными за этот день. Спокойными, тихими и умиротворенными. Хороший зверь – корова.
Выходила Катя уже из сияющего стерильного помещения, в котором даже доски стен как-то посветлели и пахли теперь исключительно свежим деревом, а Милуша озиралась огромными изумленными глазами и перебирала копытами.
А вот сама наладчица была теперь в грязи примерно по уши и ароматы источала самые выразительные.
– Н-ну, – Аделина Львовна поджидала прямо у выхода, держа у носа надушенный платочек. Катю она окинула сложным взглядом. – Работу, конечно, надо бросать. Моя невестка не должна расхаживать в таком виде. Что ты себе думаешь, милочка, мужчины – народ чувствительный! Вот так увидит разок, и сразу семья разрушена.
Нет-нет, этого нам не надо…
– Да не собираюсь я замуж за вашего сына! – девушка даже ногой топнула от бессилия.
– Да кто тебя спрашивает, милочка, – женщина снисходительно пожала плечами. – Ты подходишь.
– Да с чего вы решили, что я вам подхожу?! – Катя почувствовала, что глаза наливаются кровью. А еще очень хотелось в душ. Кожа под джинсовой спецовкой уже начинала чесаться. – Вы меня увидели сегодня впервые в жизни!
– О, можешь мне поверить! У меня свои источники, – довольно ухмыльнулась ее собеседница, а у Кати сами собой сжались кулаки.
Нет, но нельзя же швыряться в мать заказчика отвертками, правда? Пожалуй, хорошо, что все инструменты в чемоданчике. А чемоданчик тяжеловат, чтобы им швыряться. Надо просто извиниться – и бежать в свою гостевую спальню, благо душевая при ней отличная.
…План в целом удался – почти до самого конца. То есть душ принять удалось. На выходе из душевой кабинки Катя протянула руку за полотенцем и даже схватила его, однако тут же взвизгнула, дернулась обратно в кабинку и с грохотом задвинула за собой дверцу.
– Ну ничего, – отметила стоявшая возле крючков с полотенцами Аделина Львовна. – Федя должен оценить. Рожать с такими бедрами, конечно, сложно…
Катя осторожно приоткрыла дверцу, просунула в щелочку руку и, пошарив, цапнула с крючка свою одежду – белье, топик и свежий комбинезон, в точности такие же, как те, что уже отправились в стиральную машину.
