Казачий адмирал

Вражеские отряды, конные и пешие, растеклись на всю ширину нашего фронта и поперли в атаку. На этот раз мы начали обстреливать их на дальней дистанции, успели сделать по три выстрела ядрами. Турки шли плотно, и каждое ядро, если не случался недолет, выбивало по несколько человек. Перелетов не было, потому что вражеские войска растянулись примерно на километр. Метров за триста их встретили картечью. Подключились и маленькие фальконеты и гаковницы. Передние ряды буквально выкашивались, но это не останавливало турок.

На них смотрит сам султан. Каждый солдат мечтает, что его геройство заметят и оценят по достоинству. Султан Осман, по слухам, награждал очень щедро.

Когда вражеские солдаты начали забираться на вал, казаки по команде все вместе поднялись на гребень и выстрелили из ручниц залпом. С расстояния несколько метров пуля из мушкета пробивает двоих, а то и троих. Это дружный залп и сломил турок. Уцелевшие развернулись и, перепрыгивая через убитых и раненых, понеслись к своему лагерю.

Казаки, оставив ручницы на валу и выхватив из ножен сабли, побежали за ними. Метров пятьсот догоняли и рубили, а потом, подустав, занялись трофеями. Назад возвращались, ведя под узду нагруженную лошадь, или с охапкой оружия, узлом барахла, несколькими подсумками через плечо. Добычу складывали возле обоза, чтобы позже рассортировать."

"Часа через два история повторилась. И так продолжалось до вечера. С каждым разом турки напирали все слабее, а казаки преследовали их всё дальше, принося всё больше трофеев.

Пару раз привозили захваченные фальконеты на мулах, выкинув большие барабаны. Коней захватили столько, что встал вопрос, не пора ли их перегнать на противоположный берег Днестра, где паслись остальные наши. Несколько казаков ходили, обвешанные золотыми побрякушками, снятыми с убитых врагов. Видимо, у них было разрешение на ношение блестящих предметов на обеих сторонах груди.

Во время последней атаки, когда солнце уже зашло, но было еще светло, казаки слишкмо увлеклись преследованием, далеко отошли от линии обороны.

Турки, видимо, обратили внимание на однообразность наших действий и попробовали подловить на этом. Один отряд человек из пятисот они зажали с трех сторон и начали поддавливать. Заметив это, Сагайдачный послал подмогу, но понятно было, что, пока казаки добегут, турки покрошат многих наших товарищей. И тут впервые к сражению подключились поляки.