Казачий адмирал

Ей правит подросток по имени Гнат из Охматова. Мерно покачивая выменем, за телегой вышагивают привязанные за рога две коровы — бывшая собственность купца из Кальника. Кони и телега раньше принадлежали отцу Гната. Отец вместе с сыном зарабатывал извозом, а теперь бесплатно трудится возницей на второй телеге, доставшейся Петру Подкове. Можно было захватить больше коров и лошадей, но я не стал обременять себя, когда узнал, что на нас идет большой отряд поляков. Может быть, придется удирать, бросив и арбу, и коров.

Мимо, к голове отряда, проскакали двое дозорных. Уверен, что везут атаману неприятное известие. Я еду вслед за ними, чтобы узнать, к чему готовиться. Все казаки обзавелись лошадьми, так что можно бросить обоз и смыться. Того, что увезем, хватит провести зиму, ни в чем не нуждаясь. Я, начитавшись Шолохова, был уверен, что и запорожские казаки — это легкая конница. Оказывается, они, скорее, драгуны — конная пехота или просто пехота. Без хороших и очень дорогих доспехов им слабо тягаться против тяжелой польской конницы, гусар, а легкому татарскому всаднику, приученному к конному бою с детства, могут противостоять немногие, прошедшие подобную школу.

Большая часть казаков взята, так сказать, от плуга. Пехотинцев из них сделать легче.

Походный атаман Яков Бородавка отъехал в сторону от дороги, на объеденный домашним скотом луг. К нему направляются сотники на раду. Сейчас они обмозгуют ситуацию, примут какое-то решение, а потом перетрут его со своими подчиненными.

Если вариантов будет больше одного, решать будет общий сход, рада. Поэтому мое присутствие и нескольких старых, авторитетных казаков не напрягает отцов-командиров. У казаков промеж себя секретов нет.

— Ляхи в миле от нас, даже меньше, — сообщает походный атаман.

Милю он имеет в виду польскую, которая примерно равна десяти километрам.

— Если пехоту не бросят, до вечера не догонят, — уверенно говорит один из сотников.

— А если бросят? — задает вопрос Яков Бородавка.

— Надо табором становиться, — произносит Безухий.

Почти все сотники кивают головами.

— А где? — спрашивает походный атаман.

— Впереди село Вороное Константина Плихты, кастеляна сохачевского, а рядом с ним, левее, озеро. Если стать возле него, будем с водой и сзади прикрыты, — продолжает мой сотник, как догадываюсь, уроженец этих мест.

— Нам в осаде сидеть не с руки. Скотину нечем будет кормить, и к ляхам помощь каждый день будет подходить, — возражает кто-то из сотников.