Казачий князь

Как выяснилось, генерал-губернатор редко выезжал за территорию города. В основном, к огромной радости Руслана, все дела он вёл во дворце.

Более того, он и из собственной резиденции выбирался редко. Утром – из дома на службу, вечером обратно. Со службы домой. Впрочем, в его возрасте и при его здоровье подобный образ жизни был вполне понятен. Пожилой человек, кое-как оправившийся после тяжёлого ранения. Так что прикрыть его нужно было только в тот момент, когда он выходил из дворца или входил в него. На собственном подворье до губернатора уже было не дотянуться даже из штуцера.

От ограды подворья до крыльца дома было более двухсот метров. Да ещё и через ухоженный парк. Но главное, требовалось предупредить казаков из группы телохранителей. Это можно было сделать только с помощью князя Тарханова. Только он имел право входа к генерал-губернатору без доклада, и казаки отлично знали его в лицо. Так что, распределив роли и порядок дежурства своих бойцов, Руслан отправился с князем во дворец, прихватив с собой хорунжего.

Войдя в приёмную, Шатун внимательно осмотрелся и, улучив момент, когда все ожидавшие приёма чиновники отвлеклись на вышедшего из кабинета губернатора секретаря, скользнул к стоявшему в углу казаку. Хорунжий, следуя за ним, словно тень, встал так, чтобы не перекрывать бойцу панораму приёмной, и еле слышно произнёс:

– Поздорову ли, брат?

– Благодарствуй. И тебе не хворать, – едва заметно кивнул казак.

– Знаешь, кто я? – так же тихо поинтересовался Руслан.

– Ведаю, – усмехнулся боец.

– Добре. Тогда слушай внимательно. Есть сведения, что на губернатора снова кто-то решил покушение устроить. Так что передай старшине вашему, вечером жду его в доме князя Тарханова.

– То не шутка, княже? – моментально подобравшись, мрачно уточнил казак.

– Я на службе, казаче, и такими вещами шутить не обучен, – жёстко отреагировал Руслан.

– Виноват, ваше благородие, – сообразив, что ляпнул глупость, повинился боец.

– Бог простит. Ты, главное, передать не забудь.

– Добре, всё обскажу, как велел, – заверил телохранитель.

Кивнув, Руслан движением кисти позвал хорунжего за собой и вышел из приёмной.

Вечером, угощая немолодого, кряжистого старшину чаем, он на пальцах раскладывал ему все возможности нападения. Внимательно его слушая, казак попивал чай, не отрывая взгляда от схемы, а когда Шатун замолчал, вздохнул, отставляя чашку:

– Эх, не ты тут за главного, княже.