Казачий спас

— Ты только не забудь, что ради этой карты они на любую подлость пойдут, — предупредил капитан.

— Не пойдут. Им еще предстоит камень найти, — рассмеялся Гриша. — А вот про него никто ничего не знает. Я его вообще никому не показывал. Да и дядька Василь тоже. Так что карту сжигаем, оправу броши на кольцо пускаем, а сами ножны продаем.

— Мальчики, а вы не думали о том, что им известно о карте на ножнах? А значит, прежде чем покупать, они постараются выяснить, те ли это ножны вообще, — задумчиво протянула Герцогиня.

 — Так что карту на ножнах уничтожать никак нельзя.

— А ведь верно, — встрепенулся капитан. — Что-то я вообще после всего узнанного соображать перестал.

— Убегался ты, Петруша. Отдохнуть тебе надо. В отпуск съездить, рыбки половить, да и просто выспаться, — вздохнула Герцогиня, жалостливо погладив его по плечу.

— Твоими бы устами да мед пить, — грустно усмехнулся капитан. — Ладно, Гриша. Давай думать, как действовать будем.

— А чего там думать? — пожал Гриша плечами. — Раз карту уничтожать нельзя, значит, оправу броши точно нужно на кольцо пускать.

Делаем фотоснимок карты, оправу в печь, а я показываю ножны Насте. И рассказываю, что на учебу деньги требуются. Хоть и жалко наследство дедово, а придется его на торги выставить. Цену, мол, их я уже выяснил, осталось только договориться, когда продавать будут. Ну, а дальше как пойдет. Поторгуюсь, поломаюсь, да и продам.

— А деньги как получать будешь? — с интересом спросил капитан.

— А в нашей с вами кофейне и получу.

Я им ножны, они мне деньги. И не бумажками, а монетой. Я ж дикий, мне положено жадным быть, — усмехнулся парень. — В кофейне же кабинеты есть, вот там все и сделаем. Заодно и казаки ваши прикроют.

— Вот паршивец, и тут сообразил, — восхищенно покачал головой капитан.

— А ты думал, я его просто так обучать взялась? — звонко рассмеялась Герцогиня. — Нет, Петруша. Этот парень лет через десять еще нас с тобой, вместе взятых, за пояс заткнет. Только представь, даже мне нашлось чему у него поучиться.

— Это чему же? — удивился Залесский.

— Хочу научиться правильно ножом действовать, — помолчав, решительно заявила женщина. — Сам знаешь, в Париже мне только случайно вырваться удалось. Не хочу больше так рисковать.

— Это все верно. Только вот кавказский кинжал у тебя в руке будет смотреться дико, не находишь? — ехидно усмехнулся капитан.

— Ей не кинжал, ей что-то особое нужно. Не особо длинное, острое, желательно булатное. И легкое.