Онлайн-библиотека книг
На проселок он вышел шагах в сорока от оставленных пролеток. Отдохнувший Грач, сразу узнавший хозяина, приветливо зафыркал и потянулся к парню мягкими губами.
— Потом, дружок, потом, — буркнул Гриша, шагая к ближайшей пролетке.
Прибывшие солдаты уже оцепили весь перелесок и дожидались утра, чтобы начать прочесывание. Так что появление казака с женщиной на руках стало для них весьма неожиданным. Командовавший оцеплением лейтенант, знавший Гришу в лицо, охнул и кинулся задавать вопросы. Понимая, что просто так от него отмахиваться не стоит, парень осторожно уложил Герцогиню в пролетку и, усаживаясь на козлы, коротко пояснил:
— Вверх по ручью в распадке их стоянка.
И тряхнув поводьями, добавил:
— Пошла, милая! Грач, ко мне!
Серая кобыла, прянув ушами, взяла с мест бодрой рысью, а жеребец, который так и бродил с заброшенными на луку седла поводьями, не раздумывая последовал за хозяином.
Между тем Гриша с трудом сдерживался, чтобы не пустить кобылу галопом. Проселок был старым, едва наезженным, и растрясти раненую здесь было проще пареной репы. Едва дождавшись, когда подковы лошадей зацокают по мостовой, парень встряхнул поводьями, и пролетка прибавила ходу.
— Жива, — и снова подхлестывал лошадь.
К знакомому особняку они подъехали спустя почти час. Подхватив женщину на руки, Гриша взбежал на крыльцо и, недолго думая, грохнул сапогом в дверь. Сонный слуга, попытавшийся что-то возразить не открывая, был приведен в чувство обещанием стрельбы прямо через дверь. Сообразив, что дело нешуточное, он впустил Гришу и, разглядев его ношу, сразу указал нужное направление, сообщив:
— Операционная вон там.
Внеся Герцогиню в операционную, Гриша осторожно положил ее на хирургический стол и, чуть подумав, аккуратно прижал пальцы к становой жиле. Пульс, пусть и слабый, был. Вошедший доктор, сразу узнав парня, молча подошел к столу и, привычным движением избавив женщину от повязок, только головой покачал.
