Казачий спас

А конь обученный и раненого из боя вынесет, и от врага защитит. Да и бивак посторожить может. Кони — звери чуткие, — ответил Григорий словами деда.

Не ожидавший такого высказывания Ермолай растерянно замер, пытаясь найти достойный ответ, но его размышления прервал вышедший из дверей князь. Водитель мигом распахнул дверцу, и спустя полчаса они входили в кабинет начальника вокзала. Пожилой, но крепкий мужчина в форме железнодорожника, услышав требование князя, только удивленно крякнул и, покосившись на замершего, словно статуя, казака, осторожно спросил:

— Если я правильно понял, ваше сиятельство, вы желаете выкупить полностью все места в вагоне первого класса и прицепить к пассажирскому составу товарный вагон для вашего имущества?

— Совершенно верно, — кивнул Николай Степанович, непонимающе глядя на чиновника.

"— При всем моем уважении, князь, но должен предупредить, что это будет весьма… э-э… затратно. Гораздо дешевле будет отправить все вещи багажом, а самим же приобрести достаточное количество билетов.

— Я произвожу впечатление человека, не способного оплатить свой заказ? — голос князя посуровел, и чиновник, заметно струхнув, поспешил заверить:

— Ни в коем случае, ваше сиятельство. Просто я, как лицо должностное, обязан предупредить вас о подобных вещах.

— Считайте, что уже предупредили. Так когда я могу получить требуемое?

— Э-э, вы так сильно торопитесь?

— Дела требуют моего скорейшего прибытия в столицу.

— Тогда я сейчас же вызову сюда кассира и прикажу срочно формировать пару.

— Вас что-то смущает, ваше превосходительство? — неожиданно спросил князь.

— Вагон первого класса, — нехотя протянул начальник вокзала.

— А что вагон? — не понял Николай Степанович.

— Их мало. А пассажиров, желающих срочно вернуться домой, становится все больше. Отсюда и мое смущение, — признался чиновник. — Сезон, знаете ли, заканчивается.

— В империи не хватает пассажирских вагонов первого класса? — удивился князь.

— Не сочтите за обиду, ваше сиятельство, но многие состоятельные пассажиры предпочитают поступать точно как вы сейчас.

— Хорошо. После нашего размещения, если останется место, вы сможете подсадить в наш вагон еще кого-то. Желательно семью, — помолчав, заявил Николай Степанович.

— Весьма благородно с вашей стороны, — обрадовался чиновник. — Не извольте беспокоиться, лично выберу самых достойных.