Казачья кровь

– А дальше что было? – осторожно спросил Гриша, сообразив, что эта история причиняла ему боль.

– Засыпали всё обратно, а мечеть в другом месте построили, – отмахнулся прапорщик. – В той яме мой родной брат остался. Мы с ним вместе служили. И в ту поездку вместе отправились. Нанялся рабочим, чтобы самому посмотреть, что именно там нашли и кого хоронили. Вот и посмотрел. Даже на могилку не сходишь.

– Царствие небесное рабу Божьему, – тихо проговорил Сёмка, и казаки дружно перекрестились.

– Вы оба правы и не правы, – неожиданно произнёс мастер Лю.

– Это как? – удивился Ильяс.

– Ты прав, говоря, что древние умели строить очень хитроумные ловушки, и не прав, считая, что их нельзя обойти или преодолеть. Подобные лабиринты строились не для того, чтобы убить любого вошедшего, а для того, чтобы преодолеть все испытания мог только достойнейший. Самый умный, самый сильный и самый внимательный. Там нельзя расслабляться даже на секунду. Ведь механизм может сработать от любого неосторожного движения.

– Похоже, вы уже видели нечто подобное, – протянул Ильяс, с интересом поглядывая на мастера.

– Я многое видел, – загадочно усмехнулся Лю. – Но не обо всём могу рассказывать.

– Вы сказали, лабиринт предназначен отбирать достойных. Но ведь человек может ошибиться.

– Достойный не может. Это испытание не только силы.

– А чего ещё? – тут же последовал вопрос.

– Духа. Только сила, укреплённая духом, сможет пройти все ловушки и преодолеет все хитрости.

– Вы говорите о состоянии концентрации? – уточнил Гриша, внимательно ловивший каждое его слово.

– Ты понял, – кивнул мастер. – И помни, не всегда то, что ты видишь, на самом деле является тем, чем кажется.

– Это как?! – не сдержал удивления Сёмка.

– Помнишь, как я учил тебя видеть ауру предметов и людей? – повернулся к нему Гриша.

– Угу, – смущённо кивнул гигант. – Такое забудешь.

– Ну, вот об этом мастер и говорит, – не сдержал улыбки Гриша, припомнив некоторые эпизоды обучения Сёмки.

– Похоже, это была занимательная история, – заинтересовался Ильяс. – Расскажешь?"

"– Пусть сам рассказывает, – кивнул Гриша на Сёмку. – Это в первую голову его касается.

– Поделись, Семён. Дорога долгая, а молча ехать скучно, – пристал Ильяс к гиганту.

– Опять ржать, как кони, будете, – пробасил Сёмка, покраснев как варёный рак.