Онлайн-библиотека книг
А потом вернулись и через три месяца опять уехали. А Юрий Львович, после их отъезда, снова болеть начал. Доктор тот, к которому вы его отправляли, сказал, что более лекарство никто не оплачивает. Пензии майорской не надолго хватило, он лекарство и поменял. А от Олюшки ни весточки. И сообщить некуда было.
– Так она за границей? – быстро уточнил Гриша.
– Да. А как Юрий Львович помер, мне пришлось почти всё, что было, продать, чтобы похоронить его по-человечески. А всё, что осталось, хозяин дома за долги забрал, а меня выгнал.
– Уймись, старче, – вздохнул Гриша, выслушав его историю. – Голоден?
– Второй день росинки маковой во рту не было, – кивнул старик.
– Пойдём.
– Куды ж? – обречённо спросил Варрава.
– У меня жить будешь. Ты себе сытую старость честно выслужил.
– Сударь! Батюшка! – ахнул старик и попытался опуститься на колени, но Гриша, подхватив его под руку, заставил выпрямиться и, укоризненно качая головой, приказал:
– Ты, старче, перестань это. Не дело. Я тебе во внуки гожусь, а ты то руки целовать, то в ноги падать. Не крепостной, поди. Вон, к машине пошли. Сейчас господина капитана на службу отвезем и домой поедем.
– Ты и вправду собираешься его у себя поселить? – тихо спросил Залесский.
– А куда ж ещё? Не на улице же человека бросать, – пожал Гриша плечами.
– Так ведь он у майора служил. А майор тебя попросту обманул, – напомнил капитан.
– Так то майор. А старик тут при чём? Да и жалко его. Всю жизнь той семье как пёс верой и правдой служил, а что взамен? Не объест он меня, Пётр Ефимович.
– Тебя объесть брюхо треснет, – усмехнулся Залесский. – Главное, чтобы он про твоих людей языком трепать где не надо не начал.
– Негде ему трепать. Да и незачем.
Они дошли до машины, и Гриша, с молчаливого согласия капитана, усадил старика на заднее сиденье.
– Иван Сергеевич, это Варрава. Накорми его и определи место для жизни. Ну и посмотри там, во что переодеться. Вечером всё объясню. Да, и не беспокойся, капитан всё знает.
– Не извольте беспокоиться, хозяин.
