Казак в Раю

Рахиль поднялась сама, ни на кого не ругалась, никого не обвиняла, а лишь перевела автомат в боевое положение, заявив:

– И где тут прячут хвосты ваши белорусские партизаны? Здесь непременно должна быть засада, или они нас ни в грош не уважают…

– Храбрая девочка, – уважительно улыбнулась пожилая эльфийка, – у тебя горячая кровь и отважное сердце! Ты в ролевых игрищах не участвовала?

– Ну-у, у меня детство не так глубоко затянулось, как у некоторых, – состорожничала бывшая военнослужащая. – Но, с другой стороны, кто бы знал, сколько горя я вынесла безответно?! Вот расскажу – вы таки будете плакать!

Нюниэль заинтересованно вскинула мокрые ресницы, но, увы, именно в этот момент раздался торжествующий рёв труб, и Холм вздрогнул.

Откуда ни возьмись выбежали два молоденьких эльфа, дружно повисли на самом обыкновенном суку самой заурядной сосны, и перед глазами наших героев занавес раскрылся!"

"Оказывается, то, что они принимали за обычную лесную растительность, на деле было искусной имитацией.

Земля, цветы, грибы, ягоды, кустики и молодые деревца плавно отъехали в сторону, открывая блистающие золотом и драгоценностями ворота в дом эльфов. Рахиль восхищённо округлила глазки и нежно толкнула молодого человека локтем в бок – типа глянь по сторонам, станичник, красота-то какая, а?!

Вместо ответа подъесаул хладнокровно указал ей пальцем на всё того же Вершителя, преспокойненько выходящего им навстречу. Миллавеллор едва не стукнул себя челюстью по колену, а Рыдающая Принцесса нервно разорвала мокрый носовой платочек, судя по всему, она такой подлости не ожидала…

Что ж, видимо, нелюбимый жених отнюдь не поспешил броситься в погоню «по следам её коня…», а просто направился домой.

Разумное, логичное и очень прозорливое решение, не правда ли? Он был очень неглупым эльфом, к тому же его приветствие было безукоризненно вежливым:

– Арддурхоум ждёт вас, госпожа! Если бы мы только знали, что эти люди находятся под вашим покровительством, то никогда не посмели бы принуждать их к нашим играм.

Надеюсь, никто ни на кого не держит обиды?

– Рахиль, опусти ствол! Видишь, человек извиняется.

– А он готов повторить это ещё раз, более проникновенным тоном, опустив голову, и заверить в письменной форме на предмет предоставления по месту жительства для получения мною моральной компенсации? Ой, не делайте такие скучные усы, я таки учту ваш процент… один.

– Нам лучше войти, – вынужденно признала Нюниэль, вытирая рукавом набежавшие слёзы.