Каждое лето после (ЛП)

— Я привык работать почти без сна из-за работы, но я всегда мог завалиться спать, когда у меня была такая возможность. Теперь я просто лежу на кровати, совершенно без сна, хотя я очень устал. У тебя когда-нибудь такое бывало?

Я думаю обо всех тех ночах, когда лежала в своей постели, часами думая о Сэме. Гадая, где он был. Интересуясь, с кем он был. Считая годы и дни с тех пор, как я видела его в последний раз.

— Да, у меня такое бывало, — говорю я, глядя на него. Заходящее солнце целует его высокие скулы и кончики ресниц.

— Я бы обвинил в этом свою старую кровать, но я пользуюсь ею уже целый год.

— Подожди секунду. Та же кровать, что была у тебя раньше? Она, должно быть, вдвое меньше тебя!

— Все не так уж плохо. Я думал о том, чтобы переехать в мамину комнату несколько месяцев назад, когда стало ясно, что она не вернется из больницы, но эта мысль просто угнетала меня.

— А как насчет комнаты Чарли? У него была двуспальная кровать.

— Ну, предположительно, простыни стирали по крайней мере один раз за последние десять лет, — говорю я, смеясь и наблюдая, как лыжник делает еще один круг по озеру.

— О чем ты думаешь? — говорю я, не отрывая взгляда от воды.

— У меня есть идея, — говорит Сэм. — Пойдем со мной, — его голос мягкий, низкий.

Я следую за ним через раздвижную дверь на кухню, а затем он открывает дверь в подвал, включая свет на лестнице. Он протягивает мне руку, чтобы я спустилась первой. Я спускаюсь по скрипучей лестнице и внезапно останавливаюсь, когда добираюсь до нижней площадки.

За исключением нового плоского экрана, он точно такой же. Тот же диван в красную клетку, то же коричневое кожаное кресло, тот же журнальный столик, все на том же самом месте. Лоскутный плед свисает со спинки дивана, а пол все еще покрыт колючим ковровым покрытием из сизаля. На стене висят те же семейные фотографи: Сью и Крис в день их свадьбы, малыш Чарли, малыш Сэм с малышом Чарли, мальчики сидят в гигантском сугробе, их щеки и носы порозовели от холода, неловкие школьные фотографии.

Сэм стоит позади меня на лестничной площадке, и от его близости у меня покалывает затылок.

— Это что, машина времени?

— Что-то вроде этого, — он обходит меня и присаживается на корточки рядом с большой картонной коробкой в углу комнаты. — Не уверен, подумаешь ли ты, что это потрясающе, или что я сошел с ума.

— Разве это не может быть и то, и другое? — спрашиваю я и опускаюсь на колени рядом с ним.