– Эх, папа, – возразил Андрей. – В моем возрасте ты уже был женат. Чем хвастаешься?
– Эта твоя вторая, она хоть получше Наташи? – поинтересовался отец. – Наташа вполне ничего. Такая загорелая блондинка…
– Насквозь фальшивая, – отрезал Андрей. – И загар поддельный, и волосы крашеные. Обо всем остальном я уже не говорю.
И заперся в ванной.
***Прежде чем уйти на стоянку, Андрей захватил из архива сыщика фотографии, где была изображена Светка с кавалерами. А также взял еще одну – где красовалась Маша Гамбарян с неизвестным мужчиной.
Этот снимок он собирался отдать Лене.
Рамиля он застал у въезда на стоянку. Тот беседовал с водителем подержанной иномарки, почти просунув голову в окошко. Андрей дождался, когда машина уедет, и только тогда приятель обратил на него внимание.
– Ты бы знал, кто это приезжал! – Рамиль был вне себя. – Почему всегда мне везет! Хотя бы раз он на тебя нарвался!
– Следователь? – высказал предположение Андрей.
– Какой следователь? Ты имеешь в виду, по делу Светки? Нет, это опять был ее сутенер! – и Рамиль выразительно сплюнул.
– Что ему нужно? – Андрей провожал взглядом иномарку, которая готовилась свернуть в переулок. – Светка, надеюсь, жива?
– Она-то жива, живее некуда. Подписала отказ от своего заявления, дура!
– То есть как? – Андрей уже ничего не понимал. – Она подала заявление на того, кто на нее покушался?
– Ни фига подобного! Сперва подала, а сегодня… Светка сегодня дала такие показания, что дело прекращено.
Или будет, прекращено, я уж не знаю, – Рамиль с досадой махнул рукой. – Она написала, что покушалась на самоубийство, и никто на нее не нападал. А сперва не пришла в себя после наркоза и городила всякую чушь.
Андрей молча поднялся в сторожку. Рамиль последовал за ним, продолжая возмущаться:
– Это же наглая ложь, этот тип заставил ее дать такие показания! Ведь ясно, что ее пырнули осколком бутылки – я сам видел рану! Но ее сутенеру, видите ли, выгодно обставить дело шито-крыто.
А раз Светка дала такие показания, ее оставят в покое.
– А чего ради он снова явился к тебе? – поинтересовался Андрей. – Неужели, чтобы рассказать про Светкино самоубийство?
– Нет. Он расспрашивал, не видел ли я кого подозрительного в ту ночь. Ну, я сказал, что никого, кроме Светки, не видел. Поверил он мне или нет – не мое дело. – Рамиль с треском уселся на расшатанный стул.
