Удержала его только одна мысль – при помощи пейджера с ним свяжется Николай. Нельзя потерять покупателя. А вот потом – потом этот пейджер отправится на свое законное место – в мусорную урну. Андрей решил, что торжественно выбросит его именно там, где нашел – у фонтана, возле «Макдоналдса». А потом они с Леной пойдут прогуляться по Тверской, и может быть, все еще будет просто и хорошо.
Так он думал до десяти часов утра. После десяти его мысли неожиданно сменили направление. И причиной этому была с детства знакомая мелодия «Подмосковные вечера».
Прочтя поступившее сообщение, Андрей больше не сомневался – идти ли ему на встречу с этой Татьяной? Ее последнее сообщение, которое было получено только что, вывело его из равновесия. «Для вас готовы пять тысяч долларов, передам вам или вашему представителю. Буду в белой шляпке, белом костюме, в полдень, в центре станции метро «Тверская». Подпись: Татьяна».
«С ума сойти… Пять тысяч! – он места себе не находил, с тех пор как вник в смысл сообщения. – Она готова передать деньги представителю Олега.
То есть – даже мне… За что она платит такую сумму?! Сперва надо узнать, что это. Гонорар за выполненную работу или аванс? И, черт возьми, надо уехать отсюда хоть в полдвенадцатого!» Он и сам не заметил, как его намерения не связываться с клиентами сыщика кардинально изменились. Полдень, центр, переполненная станция метро – все это не внушало подозрений. В крайнем случае, Андрей решил наотрез отказаться выполнять какие бы то ни было задания. Он выгнал Рамиля из сторожки, схватил телефон и попытался дозвониться сперва по тому номеру, который оставила Татьяна в своем первом сообщении.
Отвечал только автоответчик. Приятный женский голос просил оставить сообщение. Андрей решил обойтись без сообщений. Он принял твердое решение – ехать.
Он с трудом дотянул до половины двенадцатого. Рамиль ни за что не соглашался отпустить его пораньше – начиналось самое горячее рабочее время. Андрей был уверен, что наделал кучу глупостей – с кого-то не взял деньги за парковку, не зарегистрировал чью-то машину в журнале, кому-то так поставил машину, что вытащить ее можно было только подъемным краном.
Ему было все равно. Когда до конца дежурства оставалось всего полчаса, он попросту ушел, никого не предупредив. Если бы ему сказали, что после такого шага он уволен – Андрей все равно ушел бы.
…Но если бы ему сказали, что он напрасно проедется до станции «Тверская» и полчаса проторчит там в центре зала – Андрей пришел бы в бешенство.
