Думаешь, мало в нашем районе уркаганов? А нас всего двое. И твой братец нам не поможет.
Гриша пошел на это дело, как на веселое приключение. Фантазия у него была небогатая, и это избавляло его от лишних переживаний. У Тани фантазия была развита даже больше, чем нужно. Но она сама поразилась, какое равнодушие овладело ею в самый решительный момент. Она как будто видела все со стороны – вот какая-то девушка обнимает чернявого, маленького, кривоногого мужика, от которого пахнет козлом. В комнате нет никакого источника света, кроме криво прилепленной к полу свечи.
И сама комната – грязная, нежилая, с окном, занавешенным простыней, кажется декорацией какого-то ночного кошмара. Эта простыня на окне и свеча на полу запомнились ей лучше всего и долго снились по ночам. А вот момент выстрела, и кровь, и Гришу, и лицо убитого, и его имя – все это она пропустила как-то мимо сознания. И пришла в себя только дома, в постели.
Она и сейчас помнила ту ночь. На обратном пути за рулем «Шкоды» был Гриша. Он вел машину молча, ни словом не упоминая о том, что случилось полчаса назад.
Когда машина остановилась у подъезда, оказалось, что Таня не может самостоятельно выйти. Гриша вытащил ее и почти внес на пятый этаж. Уложил на постель, запер дверь и сам улегся рядом. Таня пришла в себя, услышав, как он посапывает во сне. На подоконнике в лунном свете поблескивала откупоренная бутылка водки. Ее перед делом принес Гриша – для храбрости. Таня встала и несколько раз отхлебнула из горлышка, глядя вниз, на тополя, освещенные луной.
Согревшись, забралась в постель и прижалась к Гришиному плечу. Она не чувствовала ровным счетом ничего. Ни страха, ни раскаяния, ни угрызений совести, ни жалости к убитому. Ничего – абсолютно ничего. И это ее напугало. Внутри была какая-то звенящая пустота, мертвая бесчувственность. К утру это прошло."
"За полгода они убили пять человек. Получаемых денег им едва хватало на жизнь. Платили им немного – куда меньше, чем профессиональным киллерам. Таня утешалась тем, что кому-то платят еще меньше.
Есть подростки, которые готовы убить человек за семьсот долларов. Они набрасываются Стаей, как волки. Их удел – тюрьма. При мысли о тюрьме девушка ничего не испытывала. Тюрьма не казалась ей реальностью. И она не верила, что ее могут найти. Каждый новый план становился все более сложным. В ее замыслах появился какой-то артистизм. Грише это не нравилось. Таня видела, что он перестал ее понимать и начал побаиваться. Последние два месяца они ни разу не спали вместе.
