Разбирая архив, составляя папку для Пяткова, Андрей то и дело натыкался на бумаги, касающиеся Васильевой Екатерины. Он машинально откладывал их в особую пачку – чтобы не путались под руками. Накопилось листов тридцать. Тут были фотографии, доклады, чем занимался некий мужчина в те часы, когда должен быть на работе, также имелась кассета с записью разговора мужчины и женщины. На кассете значилось: «Для Васильевой». Все это Андрей сложил в пакет. А когда Васильева в очередной раз прислала сообщение и попросила о срочной встрече, Андрей решил не отказывать.
В деле были ее координаты. Он позвонил ей, представился помощником Олега и назначил встречу здесь же, у «Макдоналдса», на шесть часов вечера.
«Я просто хочу помочь женщине, – уговаривал он себя. – Она заплатила деньги сыщику, волнуется, умоляет о помощи. Что же теперь – всем материалам пропадать?» Он старался не признаваться себе, что им руководит простое любопытство. Олег жил весьма насыщенной жизнью. Конечно, это была некрасивая жизнь – он выслеживал, преследовал неверных мужей, копался в грязном белье, писал доносы.
Как знать – может быть, кого-то даже шантажировал. Но это было куда интересней, чем просиживать ночи на стоянке в обществе Рамиля и проститутки… Хотя Светки уже не было. Она попала в больницу.
Екатерина Васильева опоздала больше чем на полчаса. Она явилась без пяти минут семь. Андрей за это время два раза побывал в «Макдоналдсе» и выпил бутылку пива. Хотелось спать – из-за этой двойной жизни ему уже давно не удавалось выспаться.
Он клевал носом и лениво рассматривал проходящих мимо женщин. Может быть, вот эта? Красивые ноги, уверенный взгляд, платиновые кудри. Нет, слишком молода, слишком довольна жизнью. Клиентки частного сыщика такими быть не могут. Тогда вот эта? Сутулая жирная спина, косой край потрепанной бурой юбки, равнодушные глаза… И не эта – откуда у нее деньги, чтобы разориться на слежку?
– Вы Андрей? Я – Катя.
Он резко обернулся. Клиентка оказалась совсем не такая, как он воображал. Соломенная шляпа, затемненные очки, лиловый сарафан и плетеные сандалии.
Она села рядом с ним и неуверенно улыбнулась. Губы у нее были тонкие, нос вздернутый, плечи худые. Шляпа и очки не позволяли рассмотреть ни глаз, ни волос. Даже возраста Андрей определить не смог.
– Олег болен, он попросил меня… – Андрей выложил на лавочку пакет. – Здесь все, что он достал.
Женщина затеребила край пакета, залезла вовнутрь, пощупала кассету… Наткнулась на фотографии и мельком просмотрела их.
